1

Тема: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Место: Замок Рассвета, покои принца Рэймина.
Участники: Рэйна и Рэймин Алас-Домар.

Что за взгляд? Я смотрю в твои глаза,
Мне кажется, что ты хочешь меня убить.


Попытка сестры поговорить со своим братом. Очень настойчивая. С непредсказуемыми последствиями, среди которых ясным остаётся одно — это не может хорошо закончиться.

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.

2

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Наступала ночь, город засыпал, засыпал и замок, но просыпалась Рэйна.
Эта история повторялась уже четвёртый день кряду и изрядно досаждала самой принцессе, что с вечера злосчастной и Богами проклятой оперы жила по странному графику, который подсказывал её оправляющийся организм и, вероятно, левая пятка, на своеволие которой принято было грешить.
Она и грешила, раз за разом, когда ближе к полуночи её сон обрывался и хотелось не то сбежать из опостылевших стен прямиком в свой эскадрон, не то просто сбежать — в город, к морю, гулять по набережным или завалиться в любой офицерский салон, любую дрянную левобережную таверну, лишь бы отвлечься от всех этих тяжёлых мыслей в голове: значительная их часть приходилась на произошедшее в театре, немалая — на брата; и без труда припоминая эти его «я тебя ненавижу» и «не дождётесь», взгляды, которыми Реми награждал сестру, его поведение, которым отталкивал, ещё сильнее хотелось покинуть негостеприимную Керенну со всеми её проблемами, кризисами и предчувствуем войны. В конце концов, на пороге войны — и одной ли — ей было здесь не место.
Но не хотелось снова покидать отца.
И Рэймина.
К нему у Рене оставалось слишком много вопросов и претензий, невысказанных — потому что он уходил прежде, чем она успевала их озвучить — обид, поводов поточить когти о его безупречный траур и нежелание объясняться; это был не тот багаж, который хотелось прихватить с собой — следовало ехать налегке, а не тянуть за собой хвост из полугода жизни в недоумении и ожидании. С ними стоило покончить раз и навсегда, лицом к лицу и желательно немедленно.
В том, что Реми не спит в этот час, Рэйна не сомневалась, ощущая его бодрствование почти как своё собственное, и, наскоро впихнув немного непослушное тело в штаны и рубашку, направилась к нему в покои, где её, конечно, никто не ждал — но годы назад это никогда не было помехой.
— Знаешь, если ты опять решишь проделать финт с уходом от разговора, ночевать тебе придётся... да где хочешь, там и ночуй, но я отсюда не уйду, пока ты не выслушаешь меня, — с порога заявила Рене, по-хозяйски проходя в комнаты, ставшие ощутимо чужими: может подводила изрядная фантазия, но казалось, что здесь и воздух был тяжелее, и ночь темнее. И их хозяин сумрачнее.
Принцесса прислонилась к закрывшейся за ней двери.
— Ну что, поговорим или ты предпочтёшь уйти через окно?

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.

3

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

...потому что я без твоего взгляда -
искалеченная птица,
не поднять на одно из крыльев...

Рэймин работал. У сестры были все шансы не застать его на месте, потому что предыдущие две ночи будущий император провел в лаборатории, над книгами и зельями, по привычке занимая руки и голову хоть чем-нибудь, пусть даже бесполезным, чтобы в мысли не лезло другое.
Сегодня он остался у себя, изучая запрошенные у канцлера документы, и составляя для себя краткие конспекты с пометками - потому что у принца не было ни малейшего желания сесть на трон и обнаружить себя в положении "а что тут вообще происходит", один раз это с ним уже случилось совсем недавно, и нет, Рэймину не понравилось.
Время от времени все равно прорывалось, и тогда он сворачивался улиткой в кресле, кусал себя за палец, чтобы не взвыть - помогало.
Не то, чтобы он думал, что мать будет жить вечно.
Но уж во всяком случае не так, чтобы очнуться и узнать...
Зато он понял, зачем в действительности нужен траур - отличная стена, лучший в мире щит, вовсе никакое не выражение горя, а молчаливая, вежливая, но непреклонная просьба оставить в покое.
До сих пор помогало.

Когда он разогнулся в очередной раз, позади заговорила Рэйна. Не оборачиваясь, ее брат поднял руку, на пальцах заискрились короткие молнии, и в воздухе неприятно повеяло грозой.
- Если ты сделаешь хотя бы один шаг вперед, - слишком спокойно предупредил Рэймин, - я буду колдовать. И учти, что в этих покоях я не зачаровал только входные двери, и прекрасно встроил это в систему безопасности замка.
К счастью - странно так говорить - горе вымотало его так, что бояться он уже не мог.
Может, и не к счастью, любой на его месте не был бы таким дураком, чтобы молчать и ждать у них под рукой.
Рэймин, наконец, обернулся, вопросительно поднимая бровь. Но руку не опустил.
- Я не хочу с тобой говорить. И настаивать бесполезно, у меня есть другие способы тебя успокоить, кроме как выставить прочь.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

4

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Брат поднял голову — или поднялся в кресле сам, бес разберёт за высокой спинкой, — брат был очень приветлив, и от его радушия Рэйне хотелось наброситься на него с кулаками, лишь бы вдребезги разбить это спокойствие, заткнуть угрозы, заставить объясниться, наконец. Она решительно не понимала, что происходит с ним и между ними, не понимала со дня возвращения Реми, как не понимала и прежде его исчезновения, и только надежда докопаться до крупиц истины в этой безобразной свалке из «какого холерного беса тут творится?!» и обид удерживала её на месте, а не толкала вперёд; ну и то, что её встречали с огоньком и в блеске молний, тоже.
Рене фыркнула на его слова, Рене клыкасто улыбнулась в ответ на взгляд, но от этой дистанции между ней и Рэймином захотелось взвыть подобно раненному зверю. Это действительно всё ещё приносило боль — а ведь казалось, что хуже, чем полгода назад, уже не будет.
— Я смотрю, любишь ты угрожать. Как и шантажировать, и ставить перед фактом. Мог бы не скрывать это все годы за благопристойной миной.
Глядя прямо в глаза Реми, принцесса сложила руки на груди и словно бы расслабленно откинулась назад.
Но она была напряжена, на всякий случай — вдруг брат решит не размениваться на слова и перейти к действиям.
— А я не хочу молчать. Может, в следующий раз мне просить аудиенции у будущего Вашего Величества, чтобы ты меня наконец выслушал? Может быть, мне всем рассказать, как ты заставил меня молчать тогда? — прежде звонкий голос стал походить на шипение. — Или ты забыл? Или тебе всё-таки стыдно?

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.

5

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Слова Рэйны удивили бы его, если бы не скользили по поверхности сознания - у брата не было никакого желания понимать, о чем и что именно говорит сестра. Она однажды уже произнесла достаточно чудовищную ложь, чтобы не вдумываться и не пытаться осознать другие ее речи.
Хотя, что и говорить, он даже до этого момента думал о ней лучше, чем он заслуживала. например, что она не способна хотя бы лгать в лицо и устраивать спектакли собственной жертве. А вот поди ж ты. Да еще и экспрессия какая.
Великий Князь Джердан неспешно снял перчатки, изображая довольно издевательские аплодисменты.
- Недурное представление. нас кто-то слушает, или ты из любви к искусству? Не тебе, убийце и шлюхе, говорить о благопристойной мине, - Рэймин говорил, тем не менее, совершенно спокойно, и в его голосе не было ни одной саркастической нотки. И, вероятно, даже гнева не было, - и, я боюсь, что аудиенции тебе просить не придется. Я не знаю, что там "все" ты собираешься рассказать, и перед кем сейчас кривляешься, но тебе следует коротко поблагодарить меня за то, что ты все еще не в тюрьме, а потом уйти. Я не буду выносить грязь в народ, поэтому в с... отцом... все еще на свободе и живы. И я сделаю все, чтобы никто не узнал. Но здесь вас не будет. Если ты хотела узнать что-то, вроде этого, то я сказал. Уходи.
Принц замолчал - то ли подбирая слова, то ли пытаясь их произнести.
Получилось не сразу.
- Второй раз у вас ничего не выйдет. Даже не пытайтесь.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

6

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Рэйна оскалилась.
Раненный зверь внутри её существа стремительно залечивал своим раны, поднимался и уже был готов вцепиться в горло — когда злость тугим узлом оплетала обиды и голова шла кругом от потоков чуши, которые на неё обрушивал брат, было не до попыток удержать свою ярость внутри. А привкус всё того же проклятого непонимания делал её лишь острее.
— Убийце? Шлюхе? Какого беса ты несёшь?! В своём путешествии — побеге или что это вообще было — повредился рассудком? — голос снизошел от неприятного звона до тихого, но столь же неприятного рычания, и Рене, плечом оттолкнувшись от двери, сделала шаг вперёд. — Не смей мне указывать, что делать. Однажды я уже послушала тебя. Хватит и того, что дала тебе уйти, когда следовало удержать силой. Я обязалась молчать, потому что ты не оставил мне другого выхода. Напомнить, какие клятвы ты с меня требовал? Может, ты не только рассудок, но и память потерял?
Княгиня сжала кулаки, удерживая когти и желание пустить их в ход.
— Я хотела и хочу узнать, куда и зачем ты уехал, почему бросил всех, когда был так нужен, особенно матери. А ты говоришь какими-то загадками, несёшь бред. В чём ты смеешь обвинять меня и отца? В том, что недостаточно хорошо искали, когда ты вздумал играть со всем в прятки?
Кровь тяжело бухала в голове, и с каждым ударом вопросов лишь прибавлялось. 
— И о каком втором разе ты говоришь?!

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.

7

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Рэймин склонил голову набок, лицо его свершенно не изменило выражение, но рука уже двигалась в жесте - серебристый клубок разрядов врезался в живот сестре и спустя полсекунды повстречал ее с входной дверью с силой хорошего удара.
- Я предупреждал, - совершенно спокойно сказал он, не опуская подрагивающую кисть, и в голосе звенело что-то, готовое прорваться, - я предупреждал тебя, лживая тварь. Хватит кривляться, кто бы нас сейчас ни подслушивал, перед кем бы ты сейчас не выступала за мой счет, он видел больше, чем я готов терпеть. Выйди вон, пока я не напомнил тебе, в чем смею обвинять тебя и этого...твоего любимого отца. Ты совершенно потеряла и совесть, и честь, но хуже того - потеряла всякий страх. Еще одно слово - и я перестану молчать. Перед всеми. Оставь себе хотя бы пару шансов на доброе имя.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

8

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Рэйна успела заметить движение, этот короткий жест Рэймина, но магия оказалась быстрее её реакции, и отступить в сторону с пути искрящегося шара оказалась не так-то просто. Правильнее сказать невозможно, но принцесса всё-таки попробовала.
То, что попытка провалилась, она поняла уже в следующий миг — встреча с дверью не принесла ничего кроме боли, а разряд, ударивший в живот, заставил её с глухим рыком сложиться пополам, вздрагивая; когда она разогнулась, преодолевая не столько ощущения от столкновения, сколько клокочущее — что? это было удивительно неприятно похоже на ненависть — бешенство, взгляд её, сверлящий Реми, не обещал ничего хорошего.
— Страха у меня никогда не было. И тебе ли говорить о совести и чести? О лжи? Ты предал меня, ты предал всех! А теперь потерял рассудок, сейчас я хорошо это вижу. Здесь только ты и я, безумец, — сквозь тяжёлое дыхание слова приходилось выплёвывать. — Давай же, напомни мне то, чего я не знаю. Ударь снова. Снова предай. Не понимаю только, зачем ты меня тогда спас. И уж больше всего не понимаю, почему я все этим полгода ждала твоего возвращения и надеялась, что ты сможешь всё объяснить. Как брат, а не лжец, покрывающий свой побег.
И Рэйна снова упрямо направилась вперёд, одновременно предупреждающе поднимая руку, на которой теперь, от заклинания, играли всполохи пламени — она будет защищаться, если потребуется; если потребуется, она и нападёт, пусть даже всегда предпочитала оружие любой магии. Но не зря же её изучала.

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.

9

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

В повисшей напряженной тишине стали отчетливо слышны щелчок каблуков гвардейцев у входа в покои, потом еще два легких шага и скрип отворяемой двери.
Возникший на пороге придворный маг обвел комнату настороженным взглядом, по очереди задержав взор на каждом из присутствующих, и поклонился медленно и осторожно, так, будто опасался, что явно недобрые заклинания венценосных близнецов в следующее мгновение могут полететь в него.
- Ваше Высочество, Ваше Высочество.

Вообще всего десятью минутами раньше Эрвен де Кенси пребывал в отменном настроении - в последние дни он вообще непривычно часто бывал доволен жизнью, так что некоторые неосведомленные успели углядеть в этом недобрый знак; тем более, что приступ внезапного благодушия графа очень неудачно совпал с не лучшими для империи днями.
Интересно, что об этом думал Венней.
Хотя нет, вранье, неинтересно.
Мимолетные же капризы судьбы Эрвен воспринимал с нехарактерным спокойствием, однако впадая в какую-то даже хамаланскую философичность, придворным маг не терял связи с окружающим миром, поэтому шаг его, влюбленно-легкий, сбился нер за пятнадцать до дверей в покои принца-наследника.
Нер за десять он стал тяжелым.
Стены для Эрвена помехой не были - маг отчетливо слышал колючий звон двух заклинаний, нервно дрожащих в руках создателей; злых, как цепные шавки, и точно так же готовых сорваться по первому же взмаху руки. Хозяин знает, что творилось в комнате Рэймина, но, переступая ее порог, Кенси был готов ко всему.
Кроме, наверное, того, что увидел.

Придворный маг медленно выпрямился, и углядеть напряжение в его вальяжной неспешности мог разве что человек, очень хорошо знакомый с графом.
Рэймин, к примеру.
- Прошу прощения за то, что помешал вашей беседе, однако у меня есть неотложное дело, и мне была назначена аудиенция.
Цепкий взгляд снова скользнул с Рэймина на Рэйну и обратно.
- Могу я просить Ваших Высочеств убрать вот это? - Эрвен коротко кивнул на сноп разрядов в ладони у принцессы. - Не сочтите за дерзость, но я немного нервничаю, когда в руках у моих собеседников  боевое заклинание.

Тот терял, ты найдешь,
Тот молчал, ты поешь,
Тот задумал такое,
Так не будет покоя
Уже никогда

10

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Рэймин раздумывал, в самом деле, что ему делать.
Шансов у Рэйны было мало - ее магические поделки против него были так же жалки и бессильны, как был бы он, если бы собрался махать перед ней палашом. Больше всего хотелось дать молнии сорваться, и сейчас он готовил не клубок разрядов, не удар, а всего одну молнию, такую, после которой не встают.
Потом он бы сжег тело и попрыгал на пепле, как бы глупо это ни звучало.
Но это все эмоции, и вторым вариантом было вызвать стражу для ареста. Да вот беда, Рэймин в точности не помнил, имеет ли он полномочия арестовывать Великих Князей, пока не коронован.
Кажется, нет, разве что сейчас развернуться и отправиться в резиденцию Горящей Ветви, просить убежища и объяснять, в чем дело. И вот тогдааа...
Но будет ли это разумно?
Отвечать он, конечно, ничего не стал, потому что Рэйна несла какой-то бред и, честно говоря, Рэймин начал подозревать, что та и впрямь повредилась рассудком. Кто ее знает?
Ситуацию спас граф де Кенси, к вящему облегчению Великого Князя Джердан, явившийся достаточно  невовремя, чтобы оказаться как нельзя более кстати. "Аудиенцию" наследник ему действительно "назначал", но искренне предполагал, что если время не обозначено, то это не повод являться около полуночи.
А с другой стороны - разве это не прекрасно?
- Прошу прощения, мастер, мы немного поспорили, - Рэймин не сводил взгляда с сестры, пряча дрожащие крупной дрожью пальцы, - проходите и располагайтесь, сестра уже покидает нас. Правда, Рэйна?

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

11

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Рэйна не знала, на что рассчитывала, в ярости своей готовая биться магией против магии, когда стоило бы ставить защиту или отойти в сторону, а ещё лучше — в дверь, как ей предлагал любезный брат, — очевидно, что мастерством ей было не соперничать с Рэймином, да и мастерством её навыки могли зваться с большой натяжкой; но раз сейчас Реми сам начал эту войну против неё, фактически безоружной, а практически — наделённой даром Танаита, она не могла оставить его вызов безответным. И отступать не собиралась, каким бы самоубийственным это поступок ни казался.
Во всяком случае, Рэйне не казался — с несвойственной ей наивностью она полагала, что ни до чего, содержащего в себе «убийство», дело не дойдёт; а то, что шкуру потрепать может, — пусть, лишь бы эта шкура была не только её.
Чужое появление лишило принцессу этих светлых надежд.
В два пружинящих шага она отошла в сторону, чтобы иметь возможность видеть графа де Кенси, а не стоять к нему спиной; и чтобы он видел её — в штанах, рубашке и со следом припечатавших её разрядов на этой самой рубашке.
Да, безусловно, они просто немного поспорили.
Ладонь с пылающим на пальцах заклинанием Рене отвела не сразу, но всё же просьбы придворного мага оказалось достаточно, и она медленно опустила руку. Взгляд, брошенный в сторону его светлости, сопроводила холодная усмешка.
— Прекрасный час для бесед и для аудиенций, мастер. Я тоже сочла это время удивительно подходящим.
Правда, меньше всего Рэйна ожидала, что отныне родственные визиты в родном замке стоит наносить, прихватив с собой оружие и щит от магии.
Она снова смотрела в лицо брату, пристально и недобро, с ухмылкой произнося короткое:
— Конечно, Рэймин. — Желая: — Доброй ночи, господа.
И добавляя, как в детстве, одними губами, видное лишь Реми и только к нему обращённое: «Я тебя ненавижу» — прежде, чем окончательно покинуть эти ставшие такими негостеприимными покои.

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.

12

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Почтительный поклон придворного мага был глубок ровно настолько, чтобы не встретиться взглядом с покидающей комнату принцессой, и распрямился граф де Кенси только после того, как дверь за Рэйной с треском закрылась. Задумчивый взгляд Эрвена не выражал ни вопроса, ни осуждения - маг внезапно казался поглощенным какими-то своими мыслями - и едкий сарказм в голосе великой княгини, кажется, совершенно не достиг цели, хотя и был справедлив: ночь едва ли могла считаться отличным временем для аудиенций.
Впрочем, это вопрос терминологии - встреча с кронпринцем так или иначе действительно была согласована.
Подпалины на белой рубашке, казалось, тоже совершенно укрылись от взгляда Кенси - или тот просто не придал им никакого значения.
Эрвен заложил руки за спину.
- Когда нам с Инель было что-то около двадцати, мы тоже порою спорили. - в голосе придворного мага, казалось, не было ничего кроме легкой ностальгии и Хозяин знает откуда взявшейся кроткой задумчивости - Иногда весьма ожесточенно; но ни сестре, ни мне никогда не приходило в голову всадить друг в друга магический разряд. Не знаю, почему.
Граф покачал головой и со вздохом будто бы сожаления продолжил как ни в чем не бывало:
- Зачем вы хотели видеть меня, Ваше Высочество?
При дворе все знали, что граф де Кенси умеет держать лицо, но немногие представляли, насколько в действительности хорошо у него это получается.

Тот терял, ты найдешь,
Тот молчал, ты поешь,
Тот задумал такое,
Так не будет покоя
Уже никогда

13

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Рэймин осторожно перевел дыхание. Возможно, какое-то время назад, может, в первые парц дней после того, как он был... найден? - так вот, тогда эта сцена стала бы для него драмой. До того, как Рэйна соизволила выйти, он еще испытывал невероятную злость.
Но после этого ее "я ненавижу", все вдруг пропало, оставив после себя усталое раздражение. Ну, в конце концов, их не хватило даже на то, чтобы повести себя достойно - хорошо, значит, он поступит с ними не так, как следовало поступить с преступниками и убийцами, а так, как поступают с глупыми животными.
К счастью, от этих мыслей отвлекало появление де Кенси, как до этого избавило от необходимости драться и вообще беседовать с сестрой. Мысли о мести или наказании должны были быть приятными, но отдавали вместо этого тухлятиной - осознанием того, что ничего уже не исправить.
Никогда.
- Вряд ли ваша сестра когда-либо всерьез пыталась вас убить, - спокойно сказал принц, поднимая глаза на придворного мага, - вы можете сесть, монсир. Я... просто хотел вас видеть, нам так и не выпало возможности нормально поговорить, а мне очень нужно. Честное слово, очень.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

14

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

- Честно говоря, я сомневаюсь, что и ваша пыталась. Благодарю, Ваше Высочество.
Кенси вальяжно опустился в предложенное кресло не оттого, что действительно желал присесть, но в попытке как-то разрядить напряжение, что так и не спало после поспешного ухода принцессы. Отголосок его висел в воздухе, тяжелый и сковывающий - придворному магу оставалось только гадать, о чем же таком повздорили близнецы, однако спрашивать Рэймина он бы не стал: они с учеником действительно толком и не разговаривали с момента чудесного спасения последнего, и, не признаваясь в том ни вслух, ни себе самому, личной беседы с принцем Эрвен почти боялся.
Говорили, что Рэймин изменился.
Кенси опасался не столько того, что это правда, сколько того, чем принц мог стать - таинственные похищения не идут на пользу молодым людям - и окидывая наследника задумчивым взглядом, граф пытался отыскать в его облике какой-либо намек на перемену, однако Рэймин, стоящий перед ним, казался все тем же Рэймином, каким его знал придворный маг: худощавый и бледный, вот закатанные рукава рубашки, вот чернильные пятна на пальцах, вот растрепанные волосы, которые он сам себе и взъерошил... Лишь в уголках глаз принца затаилось что-то, чего Кенси не мог ни уловить, ни прочесть, но смутно ощущал его присутствие.
Пока что смутно.
- Я вполне мог оценить силу заряда, и его совершенно точно недостаточно было для убийства. То есть убить таким при желании возможно, но крайне сложно, и я сомневаюсь в том, что Ее Высочество знает, куда метить.
В полутьме просторного и пустого кабинета ученик внезапно казался очень молодым, осунувшимся и одиноким. Эрвен склонил голову к плечу и обеспокоенно поджал губы: собственная эмоциональная скованность в последнее время раздражающе часто доставляла Кенси проблемы - он желал бы сказать принцу что-то ободряющее и доброе, но так и не подобрал слов, которые не казались бы избитыми и неловкими, а потому лишь со вздохом склонился вперед, опираясь локтями на колени, и уронил скупое, но когда-то до уютного привычное:
- Я вас слушаю, Рэймин.

Тот терял, ты найдешь,
Тот молчал, ты поешь,
Тот задумал такое,
Так не будет покоя
Уже никогда

15

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

- А я вот не сомневаюсь.
Принц опустился в свое кресло и надавил пальцами на закрытые глаза, словно унимая головную боль, или пытаясь проморгаться.
- Я вам сейчас покажу кое-что, вы только простите меня заранее, - неловко попытался оправдаться Рэймин, быстрым жестом стягивая домашнюю рубашку, - мне просто нужно чем-то подтвердить... или не знаю, обосновать это все как-то...  смотрите.
Глянь на это врач, он сказал бы, что на великом князе не было живого места. Или когда-то не было живого места, а потом пришел кто-то и починил все не слишком аккуратно. Чего здесь только не было - и гладкие шрамы от ожогов чем-то твердым, и "помятая" багровая кожа, остающаяся после кислоты или кипятка, и разветвленные следы рваных ран, которые явно не давали себе труда зашивать. Белые полосы от плети. Красные - от чего-то, похожего на крюки и когти.
- Вот, - так же спокойно одеваясь обратно, зачем-то сказал Рэймин, - а еще у меня ухо левое как бы... не совсем целое. Ужасно выглядит, если честно. Я вообще понятия не имею, откуда это все, но мне снится по ночам всякое, и я не очень хочу спать, потому что, знаете, во сне это всегда Рэйна. И я верю снам, потому что помню, как... все началось. Отец и сестра отдали меня... каким-то тварям.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

16

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

И вот тут Эрвен де Кенси потерял дар речи.
Он даже не пытался скрывать удивления, да и вряд ли это было возможно: и демонстрация, и скупой комментарий ошеломляли слишком сильно. Кенси и сам не мог бы определить, что поразило его больше: вид совершенно перекроенной спины принца или будничный тон, которым он вел свой сбивчивый рассказ; и первый порыв мага был совершенно рефлекторным - привычное до автоматизма действие, короткий взмах руки, легкая рябь, пробежавшая по спине Рэймина... и ничего. Никакой иллюзии.
Шрамы остались шрамами - настоящими, скрывавшими за собой историю о боги знают каких мучениях.
Эрвен коротко выдохнул и опустил руку. И замолчал, будучи не в силах подобрать слова - Кенси не знал, какой из сотни поднятых вопросов стоит задать в первую очередь, и, помолчав, решил начать с самого общего.
- Как это случилось? - осторожно произнес маг.
Совершенно ясно было, что это все произошло во время таинственного исчезновения принца, но вот слова Рэймина о том, что он не знает, откуда взялись шрамы, смущали: судя по количеству и размеру рубцов, забыть о процессе их получения было бы совершенно невозможно, и более того - это отвратительное воспоминание пришлось бы отгонять через силу.
Если только тут не вмешивалась магия.
- Откуда вы знаете, что это они, если не знаете, откуда взялись эти шрамы?

Тот терял, ты найдешь,
Тот молчал, ты поешь,
Тот задумал такое,
Так не будет покоя
Уже никогда

17

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

- Потому что я помню, как все началось, - пояснил великий князь, устраиваясь в своем кресле так, будто это было его последнее убежище, - это очень...
Он потер пальцами переносицу, будто сомневаясь, рассказывать ли, или будто испытывал приступ мигрени.
- В общем, имейте в виду, я говорю правду, и я готов поклясться в этом хоть именами Супругов, хоть прямо у их алтаря. Но в последнюю ночь, которую я помню, было так: я проснулся, от того, что в мое окно лезли... я не знаю, как объяснить. Тени? Черные люди? Ну, что-то темное, силуэтом похожее на людей, и защита не сработала на них. Я тут... колдовал немного, потом понял, что ничего не получается, - рассказ Рэймина звучал так, будто он уже сто раз повторил его про себя, сформулировал, и теперь сам сомневается в правдоподобности, - и... удрал. К Рэйне. Она тогда еще была здесь, в отпуске. Не уехала еще. И там, у нее в покоях...
Формулировки потерялись. Мысль сбилась.
Рэймин выдохнул.
Потом еще раз.
- Понимаете, - тихо заговорил он, - я в какой-то момент понял, что отца никогда не любил. Или когда-то перестал. Он всегда любил Рэйну больше, она же ну... война там, оружие, вот это все, рейновский характер, а я - как мать, и для мужчины это вовсе не комплимент, знаете ли. А я сначала устал хотеть его одобрения, потом мне стало просто ничего от него не нужно. Но я никогда не ожидал...
Формулировок не нашлось.
- В общем, отец был у Рэйны, - обтекаемо завершил принц, - и, когда я закрыл за собой дверь и стал просить помощи, они рассмеялись и дверь открыли. Рэйна толкнула меня, твари схватили, а дальше я не помню.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

18

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

- Герцог у принцессы? Посреди ночи? Что они там делали?
Впрочем, ответ на вопрос, как ни странно, волновал Эрвена меньше всего, и придворный маг задавал его вслух только для того, чтобы не молчать - все остальные мысли были или отрывочны, или непечатны. Он бросил быстрый взгляд на окно, за которым уже сгустилась чернота, потом на замершего в кресле принца, потом на свои руки, а потом снова на окно; прищелкнул языком и, будто обдумав что-то, решительно поднялся на ноги.
- Замковая часовня открыта и ночью. Накиньте что-нибудь, и идемте туда. Я хочу услышать вашу клятву. - и поняв, что слова его звучат чересчур требовательно, особенно по отношению к будущему императору, граф прибавил после короткой паузы. - Это очень серьезные обвинения, Рэймин, и... очень неожиданные. Прежде чем я что-нибудь предприму, я хочу быть полностью уверен в вашей правоте. Это нужно даже не столько для меня, но... если я буду действовать, то не один. Простите мне это вынужденное недоверие.
Естественно, он ничего не обдумал.
Он вообще не представлял, что думать, с чего начинать и за что хвататься - больше всего хотелось, конечно, за оружие, но этот вариант пока исключался, поэтому Кенси переходил ко второму по желанности варианту и хватался за голову. Если все это правда - то бесы дери, что это такое? Заговор с целью захвата трона? Принцесса всегда отказывалась от коронации - отчего она вдруг задумала извести брата? Влияние отца? В последнее Эрвену неожиданно верилось: Энесса всегда держалась в тени супруга, регент вообще ни перед кем не отчитывался - так можно и привыкнуть к неограниченной власти. Темная история с исчезновением старшего наследника с годами не стала яснее, оставляла пространство для домыслов и в свете откровений Рэймина начинала выглядеть совсем уж подозрительно. Чем не план: погубить обоих сыновей с помощью дочери, а потом избавиться и от нее?
Только вот не слишком ли все сложно для дворцового заговора? Отчего принца нашли живым в доках, при чем тут малефиция, при чем тут Утро Парусов?
Воспоминания об Утре напомнило Эрвену об Амартайе: ему пока не хотелось представлять реакцию невесты, никогда особо не любившей кузена, на подобные новости, но разгневанный адмирал империи казался силой достаточно грозной, чтобы не прибегать к ней, не имя совершенной, железной уверенности в свой правоте.
Словом, единственное, что де Кенси понимал - это что он ровным счетом ничего не понимает.
Но он был полон решимости разобраться.
- Вы согласны, Ваше Высочество?

Тот терял, ты найдешь,
Тот молчал, ты поешь,
Тот задумал такое,
Так не будет покоя
Уже никогда

19

Re: «Говори со мной» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

- Эхм...
Вопрос, заданный придворным магом, был очень неудобен и неприятен, его Рэймин больше всего боялся, и не успел заранее придумать, как обойти, да и надо ли, или уж сразу все высказать? Но, к счастью, граф Кенси особенно не ждал на него ответа, и Рэймин с облегчением вздохнул, поднимаясь из кресла. Разделить это знание с кем-то оказалось просто хорошо, потому что для него одного оно было слишком тяжелым.
- Конечно. Я согласен, - спокойно сказал он, - не извиняйтесь, я понимаю ваше... вашу осторожность. Идемте.
Спустя почти полчаса, когда принц повторял сказанное перед алтарем и клялся в правдивости каждого слова, белый свет сошел с факела Господина и омыл его руки и лицо, не причиняя вреда. Рэймин не удивился.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.