1

Тема: «Брат и сестра» - 1 день III дюжины Луны Парусов, 1025 год

Место действия: кабинет императора
Участники: Рэймин и Рэйна Алас-Домар

Спят усталые, а очень усталые не спят.

Её Высочество Маршал приходит с победой, кайзериной, новыми шрамами, головной болью и желанием сказать своё привычное «я скучала» Его Величеству Брату-Императору, которого ждут не дождутся подушка и попытки сестры приблизить час встречи с ней.
А кому сейчас легко, знаете ли.

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.

2

Re: «Брат и сестра» - 1 день III дюжины Луны Парусов, 1025 год

Утром он поднял голову от бумаг и понял, что наступила весна - хотя, строго говоря, в двери уже входило лето. Но туманы предыдущей Луны не тревожили Императора, и ветер Утра Парусов, впервые такого тихого, очень осторожно входил в раскрытые окна. Окна, которые так удачно выходили на море, а не на город, с которого в главный праздник Империи тянуло дымом костров.
Потом он решил, что, пожалуй, отменит этот варварский способ наказывать врагов государства, но до сих пор еще этого не сделал, потому что хамаланская кровь говорила, что наказание должно быть зрелищно и... педагогично, да.
Говорят, крайняя усталость - это когда падаешь и засыпаешь.
Ничего подобного. На самом деле крайняя - это когда ты не можешь уже остановиться. Ни встать, ни отвернуться, ни перестать понимать, что написано в бесконечных документах (да будьте вы там прокляты в министерствах и в армии, вы что, специально их столько пишете?), ни заставить себя поесть, потому что от запаха еды воротит, а фраза "предоставьте это нам" вызывает короткие, но яркие вспышки ярости.
Никому нельзя ничего предоставить.
Потому что если ты хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо - либо сделай это сам, либо не спускай глаз с исполнителей.
- Ваше Величество, Верховный Маршал прибыла и ждет, когда вы будете готовы ее принять.
Его Величество поднял на гвардейца глаза, особенно приметные ярко-розовым цветом белков, и прищурился. Он почти был готов спросить "а что, я назначал аудиенцию?"
Потом вспомнил, что назначал.
Не то, чтобы он хотел кого-нибудь видеть. Даже - тем более - сестру, потому что именно сейчас, когда надо славить ее и благодарить, усталость прорывалась злостью не в тех местах.
- Пусть войдет, - Рэймин снова склонился над отчетом министра финансов. Победа вырвана. Теперь нужно думать, как латать дыры в казне и молиться, чтобы контрибуция их покрыла.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

3

Re: «Брат и сестра» - 1 день III дюжины Луны Парусов, 1025 год

И Рэйна вошла.
Она сияла так, словно позади не было долгих Лун войны, не было потерь, отступления, знакомства с нежитью — не сказать, что обоюдно приятного, — и почти нечаянного спасения; не было зимы и северного холода, сложных боёв, страха, в котором она не призналась бы даже себе: признаваться не признавалась, но до сир помнила, как дрожали руки, когда она узнала, что Алейта тяжело ранена и когда досчиталась, скольких белых кавалеристок потеряла армия в своём походе. Путь до Керенны почти залечил эти свежие раны, но за блеском победного сияния знающий её мог легко увидеть нечеловеческую усталость: когда держишься на ногах только из слепого упрямства и идёшь вперёд, потому что тебя ждут; потому что вот дом, а вот Рэймин, отец жив, и завтра над Этрином будет новый мирный рассвет.
Едва переступив порог, она поклонилась.
— Брат мой и император, я — хотя, конечно, мы все постарались — принесла тебе победу и привела кайзерину. Иди и возьми её, — пауза. — Победу. Я о победе.
За чуточку насмешливым торжеством в голосе маршала неслышным отзвуком пробивался треск костра морозными ночами, и завывания ветра на отвоёванном перевале, и тот неуловимый звук, с которым кровь в своём падении касается снега — всё это было там и здесь, сейчас и в прошлом.
И только Рене приготовилась говорить дальше — для разнообразия серьёзно и по форме, — как её прервали.
Совершенно бесцеремонным образом.
Тихое, но требовательное мяуканье раздалось из-под бортов её кавалерийского мундира, который тут же зашевелился в районе груди — если присматриваться, можно было заметить, что эта область и прежде выглядела странно.
— Кот, а ты не мог немного подождать со своим выходом? — строго отчитала неведомую зверушку принцесса, расстёгивая три верхних пуговицы и извлекая нарушителя на свет.
Нарушитель оказался угольно-чёрным важным зверем возрастом едва ли старше двух Лун; он серьёзно косил на Её Высочество зелёным глазом, но, привычно уместившись у неё на руке, кажется, вовсе не возражал быть представленным императору.
— Его я тоже принесла тебе. Знакомься, Кот. Кот, знакомься, Его Величество Рэймин Первый.
Рэйна приблизилась к столу и протянула брату гостинец с севера. С внимательным прищуром присматриваясь к близнецу, она делала неутешительные выводы, но до поры молчала — потому что вначале о главном.
А главным тут, без сомнения, был чёрный котёнок.

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.

4

Re: «Брат и сестра» - 1 день III дюжины Луны Парусов, 1025 год

С иронией и сарказмом у Рэймина в последнее время было не очень. С другой стороны, у него со всем было не очень, поэтому он воззрился на сестру с усталым раздражением человека, которого отрывают от работы какой-то непонятной чушью (и скажите спасибо, что вообще оторвали) да еще и суют эту чушь под нос. В таком состоянии очень хочется стереть с лица собеседника неуместную радость, но император умел душить прекрасные порывы, даже свои собственные.
- Приветствую, донна Верховный Маршал, - Его Величество был ну очень официален, а перо отложил с явной неохотой человека, который начал считать его частью своего тела, - победа это восхитительно, надеюсь, что ваши обязанности в мирное время вы будете исполнять с тем же рвением. В конце концов, они состоят не только в том, чтобы выбивать соседям мозги.
Он с трудом повернул голову, отчетливо хрустнув шеей, и воззрился на котенка.
- Хозяин мой, надеюсь, это не кайзерина? А то я знаю, вы могли...
Кот пырился на императора. Император понятия не имел, что с ним делать.
- Садись. Говори. Только, пожалуйста, коротко, - он еще не привык к тому, что ничего никому не обязан объяснять, поэтому счел нужным добавить, - я не уверен, что всё пойму.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

5

Re: «Брат и сестра» - 1 день III дюжины Луны Парусов, 1025 год

Раздражение Рэймина его сестра умело игнорировала по той непростой причине, что сама была в состоянии близком к пограничному: она балансировала между желаниями, прикрыв глаза, задремать на ходу и продолжать являть собой воплощённое торжество победителей — но второе осталось где-то за порогом кабинета императора и брата, а то, что походило на него, являлось лишь иллюзией, что безо всякой магии умела наводить Рэйна.
В конце концов, она принесла победу в войне — так не говорить же о ней с хмурым видом.
Даже зная, что последует дальше, уже в мире.
— Безусловно, — на удивление покорно откликнулась донна Верховный Маршал. — Так наша армия всегда будет готова пойти и выбить из соседей... всё.
Краем глаза она заметила отчёт министра финансов, лежащий перед братом, и в это короткое «всё» вложила много смысла и ещё больше денег.
— Конечно, не кайзерина. Мы что зве... А, ну, да, — Рене погладила чёрного Кота. — Нет, даже не Ирхенский. Это просто кот. У него ещё сестра есть. Эти двое ко мне в Вурхау привязались.
Она бы рассказала брату историю о том, как, проснувшись среди зимней ночи во взятом и удерживаемом ими курортном городе у подножья Северной Экайры, обнаружила двух чёрных существ котячей наружности, топчущихся по её комнате и громко пищащих; как она, едва урвавшая от своих обязанностей пару часов сна, пошла искать, чем накормить одинаковых на морду и окрас детёнышей; как была слишком утомлена, чтобы думать над именами и называла их просто Кот и Кошка, а чтобы хоть как-то различать — кроме как по характеру — навязала ленты: пурпурную и белую; как брала их спать себе под бок, а потом не знала, что с ними делать — но не бросать же, и забрала с собой, по пути до Иленхайна перепоручая их тем, кто был ранен, но мог о близнецах позаботиться.
Но истории из детства подарка принцесса решила отложить на потом: не была уверена, что хватит сил всё рассказать и что Реми хоть что-то из этого воспримет.
— Держи, этот твой.
И усадила по молодости пушистый комок, обещающий через пару лет стать лоснящимся котярой, прямо императору на колени, а сама устроилась в кресле.
— Совместные действия флота и армии позволили взять Иленхайн бескровно — не считай той крови, что они пролили сами; Альхайм сдался, курфюрст Ирхен убит своими же — а жаль, мне хотелось привести его тебе в кандалах в числе остальных даров с севера. Её Величество Альхильд пленена и в моём сопровождении доставлена прямо сюда — сейчас она находится под усиленной охраной в башне Замка. Кайзерина желает говорить с тобой о судьбе уже Не-Соединённого Королевства. Армия осталась без всех маршалов княжеств и изрядно поредела, точные потери я пока озвучить не берусь, но предварительно — порядка трети всех пяти армий. Это если кратко.
Рэйна криво улыбнулась безо всякого намёка на радость.
— Извини, короче не вышло. Реми, а когда ты в последний раз спал? — без перехода и очень участливо спросила она.

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.

6

Re: «Брат и сестра» - 1 день III дюжины Луны Парусов, 1025 год

- Я всё это читал в донесениях, - очень спокойно сказал император, дослушав до конца и не перебив Верховного маршала ни разу.
Вообще, было странно. Не то, чтобы он надеялся на другое - надеяться у него не было времени и сил, а в последние луны и попросту не возникало ни одной мысли о родственниках, как о... ну, да, как о родственниках. Герцог Рейн. Верховный Маршал Ее Императорское Высочество Рэйна. Что-то случилось, и он не не совсем представлял, что именно, и когда, но, кажется, не та странная история с попыткой убийства, которой не было (или была) была тому причиной. Может, только катализатором. С отцом всё понятно, он однажды устал ждать одобрения и смотреть, как тот носится с сестрой, и отец был отцом, пока была жива мать. Потом их обоих не стало.
Что до сестры...
Он не понимал.
Иногда тянуло обратно, в прекрасное и беззаботное детство, где они были не вместе, а едины, думали одними мыслями, говорили одними словами, и в страшном сне не могли представить всё то, что сейчас происходило. Но, как никто другой, он знал, что детство прошло. Закончилось. Навсегда.
- Знаешь, Рене, - внезапно и невпопад сказал он, в упор глядя на сестру глазами, еще более красными из-за яркого пурпура радужки, которая становилась всё более и более похожей на цвет знамени за спиной, - дело в том, что я не умею быть императором.
Он взмахнул рукой, отметая все будущие возражения.
- Есть вот... в маме было что-то... такое. Такая особенная деталька у настоящих владык, она позволяет не сломаться внутри, в голове. Она как-то позволяет разделять себя-человека и себя-наместника Великого Господина. Быть и тем и другим. И видеть в людях одновременно и людей и винтики в механизме. А у меня ее нет. Я не могу. Я могу или так, или так. И ты сама знаешь, что лучше для государства.
Он осторожно гладил котенка, как будто ощупывал нечто неизвестное.
- И я всё жду, что она появится. Но уже год прошел, я потерял надежду, - Рэймин тряхнул головой и добавил так же невпопад, - я некромант. А, да...
Кот взобрался ему на плечо и попробовал ухо на вкус.
- И я император. Ты приходишь увидеть брата, а его нет. Есть только я.

К чему к чему, а к дворцовым трюкам
ты мог привыкнуть ещё в инфантах.
Расчесть хотя бы азы карьеры
монарх обязан уметь вслепую.

7

Re: «Брат и сестра» - 1 день III дюжины Луны Парусов, 1025 год

— Ты и есть мой брат.
Рэйна бы пожала плечами, но она ничему не удивилась и не сделала ни одного движения, только отвела взгляд от бессонно ярких глаз Реми — её глаз — к котёнку, который счёл ухо императора недостойной своего великого кошачьего рода закуской и отвлёкся на волосы: стал вылизывать их, а потом, не прекращая знакомства с новым хозяином, начал тереться и замурчал, да так громко, что этот умиротворяющий звук, казалось, заполнил всё вокруг.
Принцесса не стала спорить с наглым зверем.
— Ты император и мой брат. А я твоя сестра и исполнитель твоей воли. Помни об этом. Помни, что как бы то ни было, я буду на твоей стороне и за тебя. Всегда. Не потому что так надо, а потому что знаю тебя — узнаю за тем уставшим мужчиной, какого сейчас вижу перед собой — и верю в твои методы, в решения. В некромантию тоже верю.
А почему бы и нет.
— Год назад я считала, что всё рухнуло и вот тогда у меня не было брата, был только... кто-то. Не ты, которого я за всем не видела. Да и того не было.
Не умолкая, Великая княгиня поднялась с кресла и приблизилась к Рэймину; её движения от усталости стали резче, лишившись всей той придворной плавности, которую привили принцессе бессчётные уроки и планомерные наставления госпожи де Канде.
— Сейчас я имею больше, чем тогда.
Пальцы коснулись мягкой, пушистой шерсти кота; а потом и волос брата, чёрных, как её собственные, и Рене привычно и вместе с тем незнакомо, словно заново вспоминая, как это бывает, потрепала Реми по ним.
— Во всяком случае, мне не хватало возможности просто поговорить с тобой. Извиниться за всё то, за что не успела попросить прощения...
На этот раз котёнок прикусил её — её палец, видимо, сочтя, что гладить нужно только его котическое величество, а не какого-то там наместника Хозяев. Или попросту недовольный суетой вокруг.
— Кот! — Рене возмутилась, но руку не убрала. — Кот... Реми, дашь ему нормальное имя, а? И ты всё сделаешь правильно, я знаю, — также не в тему вдруг сказала она, совершенно точно говоря не про чёрного важного зверя, продолжающего оглушительно мурчать под ухом императора.

Прорвавшись сквозь синее небо,
Над городом грянет гроза.