1

Тема: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Место: Керенна, Замок Рассвета.
Участники: Амьен де Рейн, Наафаль ар‘Саадир.

Прежде, чем облачить слова в оправу торжественности официального приёма, следует из множества выбрать только нужные, что никого не оскорбят. И этому множеству вовсе не следует звучать громко.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

2

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Шесть дней. Половина дюжины пролетела с того дня, когда «Тель-аль-юм» вошёл в гавань Керенны и с облегчением разродился выводком пёстрых разговорчивых людей. Никого из высших чинов на пристани иль-заанцам не встретилось, но вежливые господа дипломатической службы Этрина в словоохотливости составляли конкуренцию южным гостям, и по сути говорили так же мало, как и смуглые люди эмиратов. Но говорили хорошо, и про счастье, и про почтение, и про фонтан, мимо которого проезжала карета по пути в посольство. Фонтан, разумеется, был воздвигнут в прошлом столетии, в годовщину правления императора Морайна.
Наафаль считал себя к этому готовым, и даже к долгому ожиданию, которое за этим эпизодом последовало. Но чем дальше, тем более затруднительной представлялась посланнику, связанному тысячей и одним условием ни в чём не согласных эмиров, его задача. Жаль, достаточным поводом для попятной это не было даже в его собственных глазах. Мысли — и то были перебором, но мыслями все рыжие обречены забегать далеко за рамки всех возможных условий.

— Да наградят Супруги будущим ваш дом, да крепнет его основание.
В приглашении неофициальность встречи была подчёркнута особо, и раз так, то церемонному и длинному приветствию Наафаль предпочёл более личное, как для себя, так и для регента. А вот поклон герцогу де Рейн вышел по всем правилам, за него и въедливый придворный эмира Рейсина не нашёл бы к чему подкопаться.
После встречи с донной Айкатрен эти жесты уже не казались настолько сложными. Как в фонтан смыло, тот самый, достопамятный.

just because you've forgotten
doesn't mean you're forgiven

3

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Амьен не любил юг и южан. Первый за постоянную жару, покойных друзей и пыльный мундир, а вторых - за манеру изъясняться. Именно поэтому посольство эмиратов провело, осваиваясь в столице, несколько дольше, чем другие посольства обычно. Все же регент был довольно любопытен, а потому был не прочь посмотреть, как же вести политику будет ученый, а в противном случае вовсе предоставил бы выразить волю Империи де Веру.
Услыхав очередное велеречивое приветствие, де Рейн едва удержался, чтобы не поморщиться и не закатить глаза. Ответом посланнику стал вежливый, неглубокий поклон. Наверняка с говорливыми сотрудниками дипломатического ведомства регент составлял весьма интересный контраст. Наафалю пришлось еще и прождать регента в приемной кабинета, за что был вознагражден крепким кофе. Указав рукой на кресло возле низкого столика с кофе, сам регент, дождавшись, пока приглашение будет принято, тоже сел. Пришлось отсесть подальше, чем длинными ногами не смахнуть на себя стол и кофе.
- Рад видеть вас в столице Империи. Надеюсь вы не очень тосковали эти шесть дней, - заговорил герцог по-иль-заански. - Вы держите слово от всех Эмиратов?

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

4

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Амьен де Рейн лицом напоминал собственный парадный портрет, за той лишь разницей, что изображение на холсте казалось живее оригинала. Испытывая объяснимое отвращение к портретной живописи, Наафаль с трудом отогнал от себя желание смотреть куда угодно, только не в лицо регенту. В конце концов, он успешно рассматривал оставленные в посольстве картины, пока слуги не завесили все нарисованные лица, или вовсе не поснимали вызывающие оторопь полотна. Разве что там он был волен в проявлении чувств, здесь же пришлось призвать на помощь унаследованный талант.
— Любимая богами Керенна слишком велика и многолика, чтобы насытить впечатления гостя и за дюжину лет, — Наафаль справился и с оторопью, и с лёгким неодобрением манере регента немедленно переходить к сути, тогда как выучка южан требовала долгой беседы и окольных путей до цели диалога. Тем более дико это звучало в оправе иль-заанского языка, не созданного для деловитой простоты. Принимая правила, Наафаль тоже перешёл на родной язык.
— Благословенные эмиры вручили мне голос, и здесь я говорю как каждый из них. Но вперёд любого солнцеподобного властителя я говорю как сын своей страны, не желающий более убивать братьев и знать, что они льют кровь друг друга.

just because you've forgotten
doesn't mean you're forgiven

5

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

В ответ на очередной витиеватый и непривычный ответ Наафаля, герцогу захотелось гаркнуть на него, как в армии, чтобы докладывал кратко и по существу. Он даже успел отругать себя за то, что заговорил с послом на его родном языке. А ведь иль-заанская пытка только начиналась.
Надо отдать должное регента, ни одно из сложных чувств не отразилось у него на лице, пока слушал посла с вежливым интересом, попутно разливая кофе. Кофе в Замке Рассвета варили отменный – темный, густой, ароматный. Сам Амьен обпился им еще в детстве благодаря отцу и теперь относился к напитку более чем спокойно, употребляя исключительно за компанию. Разлив кофе по чашкам, одну из них регент придвинул к послу, вторую забрал себе.
- Что ж, похвальное желание для своей родины и народа. И чем же, по-вашему, в этом может быть полезна Империя?
Отец бы в могиле перевернулся, услышь он подобное от сына.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

6

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Наафалю кофе удачным не показался, но более из-за того, что мысли его были заняты иным, чем из-за привычки любой кофе, сваренный руками северных варваров, считать печальным недоразумением. Возможно, с тем же выражением лица он мог хлебнуть сейчас нашатырного спирта, и не заметить. Он изучил маслянисто-чёрный глаз напитка в фарфоровой оправе, но не вычитал в нём ничего, даже простого узнавания, и поднял взгляд уже к другим глазам, разным, но одинаково неприязненным.
— Своим неоспоримым лидерством, монсир, — отбросив велеречивость, а вместе с ней — и иль-заанский, на чистом языке Империи сказал Наафаль. — Половина моей страны в оккупации, а другая половина не умеет договориться между собой, пока каждый эмир желает возвышения собственного, но не чужого. Этрин проложил этому путь, и вы сами пожинали плоды этой войны. Это поражение, о котором мне любезно напомнили в порту Керенны, — залог. Вас ненавидят в моей стране. Но тем вернее, что одного вашего имени хватит, чтобы прекратить раздоры. А ваши слова приведут нас к миру, полезному для обоих государств и угодному богам.
Говорить, сдерживая всё, что стояло за извращённо сухими словами, оказалось куда сложнее, чем представлял себе Наафаль. И сложность эта была заметна, к великой его досаде.
Эмирам стоило найти иного посланца для этой просьбы.

just because you've forgotten
doesn't mean you're forgiven

7

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Герцог выслушал посла, который, наконец, отбросил свой птичий язык, сцепив руки перед собой в замок. Некоторая брезгливость, отразившаяся на лице ар'Саадира, пригубившего кофе, также не укрылась от регента. Чувством собственного превосходства южане неизменно выводили регента из себя. Причем жители эмиратов, кажется, не стремились этого скрыть за вежливостью порой.
-Боюсь, вы спутали меня с отцом, - криво улыбнулся Амьен, сощурившись. - И мне пока, признаться, не очень понятно, что же надлежит сказать, дабы эмиры внезапно нашли к взаимопониманию? Видимо, это снова должны быть слова силы?
Эмир Рейсин, похоже, возжелал стать спасителем своей родины. Причем чужими руками.
Регент откинулся на спинку кресла, любовно поглаживая подлокотники. На Наафаля он смотрел с вежливой заинтересованностью.
-Так чего же желает эмир Рейсин сотоварищи?

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

8

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Прищур и гримаса вежливости окончательно превратили Амьена в хищника, в глубине души удивлённого бесстрашием антилопы, решившей ощипать траву у большой кошки между уложенных для отдыха лап. Наафаль со всей смиренностью той самой лани отставил чашку и сложил руки на коленях.
— Единственное, в чём сходятся каждый человек моей страны, будь то эмир или просящий подаяния калека — это то, что люди Иверьесы загостились на Химаэне. Но как только дело доходит до объединения против общего врага, меж нами встают непримиримые разногласия. Вперёд всего — потому что ни один не потерпит места второго, когда мог бы стать первым.
Наафаль долго смотрел в глаза правителю нелюбимой им страны. Только сейчас личная неприязнь ничего не стоила, как золото ничего не стоит в пустыне за многие переходы от людей, готовых обменять металл на воду и еду. Потому в глазах посланника не было неприязни. Только вежливое ожидание.
— Наши отцы вместе отвернулись от богов. Их слава и позор — на наших плечах, и платить за это приходится нам, а не отжившим людям. Нам стоит вернуть миру такое устройство, какое угодно богам.

just because you've forgotten
doesn't mean you're forgiven

9

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Сложивший руки на коленях иль-заанец напомнил герцогу ученика, кВыслушав посланника эмиров, регент прикрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно соединил пальцы "домиком" перед самым носом. То ли Наафаль его не слышал, то ли это было очередным долгим зачином к самой просьбе.
Снова открыв глаза, де Рейн приторно-любезно улыбнулся, широко растянув губы, но воздержавшись от демонстрации клыков. Улыбка, впрочем, появившись, моментально исчезла, но тон хозяина кабинета звучал теперь неприятно ласково, словно пытается донести очевидную истину.
-Так чего же хочет Рейсин, посол? Чтобы Этрин помог ему стать первым среди равных? - регент не торопясь развел и снова свел длинные пальцы с лишним суставом. - Или же нам надлежит прийти с огнем и сталью и всех принудительно уравнять, попутно потеснив Иверьесу?
Да, действительно, Империя тяжело поплатилась за войну на юге. Упадок, воцарившийся во время правления Морайна, едва не сгубил Этрин, которому более не благоволили Боги. Да, восстановление Иль-Заана было бы выгодно Империи, дабы замолить грехи перед Богами... Но Боги слишком непредсказуемы.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

10

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Наафаль молча созерцал лицо Амьена прежде, чем продолжить. Было очень похоже на то, что герцог намеренно играл в полнейшее непонимание, и для начала посланнику очень хотелось бы знать, для чего де Рейн так старательно и в упор обходит вниманием родной язык. Или же наафалев этринский был не столь хорош, как считал он сам, а акцент сильно искажал смысл слов.
— Нам нужен лидер, умеющий побеждать превосходящие силы. Человек, не связанный нашими родственными и личными узами. Сила, которая не станет поддерживать кого-то отдельно из личной выгоды для полководца. Портрет достойнейшего — поступки, а я приехал в Керенну не ради Рейсина, да продлят боги его жизнь и славу.

just because you've forgotten
doesn't mean you're forgiven

11

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Очевидно все ученые немного идеалисты и живут в своем идеальном мире, который во много не совпадает с реальностью. Таким, насколько мог судить регент, был и его сегодняшний гость.
-То есть вы хотите, чтобы я послал в Эмираты армию, через которую бы попытался донести до населения и удельных правителей, что теперь здесь будет мир и благоденствие, ибо Этрин следит и жаждет прекращения усобиц? – усмехнулся Амьен. – Сдается, мастер, за такое Боги проклянут Империю еще раз и еще покрепче.
Политика тоже наука, но не подчиняющаяся законам природы. Тут действуют свои правила и закономерности, а порой и вовсе частности. И исключений больше, чем правил. Но всегда есть непреложные истины.
-Вашей стране нужен лидер, мастер. Сильный лидер, который мог бы объединить вокруг себя земли и народ, - покачал головой регент, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. Не поймите меня неправильно, я не отказываю вам в помощи. Но и держать контингент на ваших землях, если, допустим, иверцы будут изгнаны, не смогу – последует реакция от противного. Вы должны это понимать. А если изгнать Иверьесу из Иль-Заана, но он по-прежнему останется удельными землями, то это будет просто напрасная трата чужих жизней и времени.
Император Морайн в свое время поторопился. Возможно, имей он больше выдержки, все могло бы повернуться совсем иначе. Амьен не помнил, чтобы отец хоть раз дурно отозвался о покойном императоре, но просто народ был совершенно не в восторге. И им с Энессой пришлось расхлебывать результаты его поспешности.
-Если Империя увидит, что у Иль-Заана появился достойный сильный лидер, мы окажем вам необходимую поддержку. К сожалению, Этрин сейчас и сам несколько не в том положении, чтобы отводить довольно весомую часть войск со своей территории.
Насколько Амьену было известно, Наафаль был весьма тесно связан с лидерами сопротивления Эмиратов. Возможно, именно на это и опирался Рейсин, - или по чьей воле все же прибыл ученый? – снаряжая его в дорогу.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

12

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Да, где-то в глубине диалога очевидно крылся глубинный разлом, невидимый невооружённым глазом, но чем дальше, тем больше Наафаль ощущал в своих руках надколотую чашу, которая от любого неосторожного движения грозила распасться. Дело было не в языке. Регент иначе смотрел на слова, богов и людей в целом. Вот сейчас он начинал говорить ровно так же, как мог бы говорить сам Наафаль в учебной комнате махдаси среди отстающих учеников. Ровно так же он бы говорил очевидные вещи, которые, как ему бы казалось, не доходили до ума мальчишек.
— В моей стране слишком много лидеров, — кротко сказал Наафаль, явственно недоговаривая «в этом-то и беда», но уже без особой надежды, что будет понят. — И пока они доказывают друг другу и вам, что достойны, от моей страны ничего не останется. Я воевал ради объединения страны под рукой пресветлого Рэйсина, воевал сталью и словом, насколько это возможно для мужа. Я не прошу у вас заступничества перед империей, Ваше Высочество, я не прошу отвоевать Иль-Заан за нас. И совершенно точно я не прошу у вас немедленной мобилизации и похода за море. Восточная империя велика. Чересчур велика.

just because you've forgotten
doesn't mean you're forgiven

13

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

-В этом-то и беда, мастер, - регент непроизвольно озвучил то, о чем смолчал посол. - И я не положу жизни тысяч солдат Империи, чтобы их труды были напрасны, а после и вовсе канули в туне, потому что эмиры не смогли договориться и удержать свою страну.
Разговор явно шел по кругу. Когда-то Морайн поторопился и потому оказался неугоден богам, регент же не хотел последовать его примеру. К тому де Рейн, не испытывая, впрочем, неприязни к посланнику Эмиратов, начинал злиться.
-По всей видимости, вы явно овладели искусством дипломатии лучше меня, мастер, - сощурился герцог, - потому как я так и не могу понять, чего же вы все же ждете от Империи. Вы лично и ваш эмир.
А это, кажется, были явно разные вещи.
-Просто скажите прямо. В сущности, я простой прямолинейный солдат.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

14

Re: «Жемчуг и клинок» - 2 день I дюжины Луны Парусов, 1024 год

Если волк говорит о пользе растительной пищи, не опускай оружие. Если превосходный политик — а все многочисленные советчики Наафаля, большая часть которых была куда больше искушена в этих играх, чем он сам, сходились на этом — говорит о собственном солдафонстве… иль-заанцы много говорят. И всё, что говорит иль-заанец, нужно делить на десять. В своей стране Наафаль не мог ровняться цветистостью речей даже со средней руки поэтами. И когда Амьен, не прибегая к привычным южанину манерам, планомерно загонял его в угол, Наафаль пожалел, что позволил эмирам взвалить на свой горб груз, который некому доставить, потому что он не имеет цены. И сбросить нельзя.
— Я передал вам слова эмиров. Все, что были у них к вам, и голос солнцеподобных властителей Химаэны уже позволил себе больше, чем должен был. Я услышал ваш ответ, и он дойдёт до ушей солнцеподобных изменённый лишь настолько, чтобы незнание языка не стало преградой для понимания. Если не крик людей, то ваши слова станут тем камнем, что переломит спину их гордости.

just because you've forgotten
doesn't mean you're forgiven