1

Тема: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

Место: Скала Императоров, устье Итталмар.
Участники: Амарте Линьер, Амьен де Рейн, призраки прошлого.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

2

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

Ветер. В этом городе всегда был ветер, но сюда он, похоже, возвращался поспать: даже зная карту ветров и все погодные особенности, приводящие к тому, что на этом островке иногда царил полный штиль даже в бурю, Амартайе любила думать, будто ветер здесь спит.
Иногда, правда, он поднимался.
Тогда и вовсе была буря. И залив замерз, впервые за много лет, так что легкий серый пепел улетел не в морскую воду, а в снег, смешавшись с метелью - такой метелью, что ничего не было видно, и Линьер, которая ненавидела зиму, в первый раз радовалась тому, что снежные хлопья налипают на лицо.
Сейчас здесь было тихо. Никаких скорбящих придворных, гвардейцев и караула, только цветущая яблонька у подножия синеватого валуна, несчастная ветка, за которой с весны присматривала Амарте, в один из визитов даже пожертвовавшая ножнами палаша, чтобы подвязать беднягу.
Здесь ее запросто могло сломать.
Потом она ножны оставила, решила, что говорящая гравировка с именем Верховного Адмирала прозрачно намекнет желающим избавить островок от растительности, что делать этого не нужно.
И не ошиблась.

Они приходили на веслах, Амарте не брала с собой никого, отпускала шлюпку с гребцами - они возвращались вечером, когда меедонна уже находила в себе силы сесть и вернуть себе самое спокойное выражение лица из всех возможных.
Потому что если бы кто увидел, как адмирал Линьер, вцепившись в волосы, рыдает так, будто ее жизнь кончилась пять минут назад, наверное, это сломало бы ему картину мира.
Да что там, ей бы самой сломало.
это ты виновата, ты
мне даже не уйти, потому что я обещала
тебе обещала
это ты виновата и твоя проклятая страна
пусть будет война, пожалуйста, пусть будет война
пожалуйста, пусть будет
вода или кровь, уже наконец, пусть все кончится
Амарте села, с трудом, будто больная, опираясь на землю - испачкала перчатку, ну да и Шемер с ней. Солнце клонилось к закату.

Помнишь ли ты о моем возвращении,
Знаешь ли ты, что я рядом с тобой?

3

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

I will be there

За последние месяцы Амьен сохранил разум только благодаря осознанию того, что он – де Рейн. Герцога вперед толкала неуемная семейная гордость и упорность, но он практически не спал и только чаще мучился от головных болей. Когда засыпал, то перед глазами проносились неясные образы пропавших сыновей, Рене и Энессы, которая, кажется, о чем-то его просила. И сегодня ночью – особенно настойчиво. И утром герцог Рейнский, теперь уже регент Империи, велел спускать лодку на воду, дабы съездить к месту, где был развеян прах супруги.
Туман скрадывал звуки на воде и практически не позволял разглядеть, что происходит впереди. Два гребца сидели спиной вперед и размеренно откидывались на лавке, а пассажир, поставив ногу на лавку, на которой должен был сидеть, стоял, опершись рукой на колено. В плотном распахнутом плаще и отчего-то распахнутом же траурном синем камзоле, под которым была белая рубашка. Холод от воды шел собачий и даже занятые гребцы периодически зябко поводили плечами.
Когда лодка плавно въехала на песок, Амьен велел гребцам отчаливать, на что те недоуменно переглянулись, но все же тронулись в обратный путь.
Островок был небольшой, частично скрытый туманом, но регенту удалось рассмотреть и след от еще одной лодки, и следы сапог. И странную фигуру у яблони. Де Рейн умудрялся ходить в кованных сапогах почти беззвучно по камням Замка Рассвета, так что и по земле прошел тихо, хотя и не скрываясь. Вид у герцога, надо признать, был откровенно больной: непривычно короткие волосы, которые торчали в разные стороны в пику обычной гладкой косе, лицо, по цвету сравнимое с той самой землей, по которой он шел. И шел, хотя и тихо, но как-то тяжело, словно под непомерным грузом. Камзол он так и не запахнул.
Не то, чтобы первый посетитель острова так уж удивил Амьена. Но в подобном состоянии адмирала Линьер едва ли кто-то мог увидеть за все ее почти восемьдесят лет жизни. Герцог знал и что баронесса его, мягко говоря, недолюбливала, и знал, за что. И прекрасно ее в этом понимал, будучи тоже неспособным что-либо забыть. Присев на камень у яблони, Амьен молча положил руку пониже плеча адмирала, помогая ей подняться.
-Туманы сильнее обычного в этом году, - сказал он, словно ни к кому не обращаясь.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

4

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

- Зима была снежная, - безразлично сказала Амарте, отстраняясь настолько, насколько это было возможно. Его Высочество все знал, но при этом все равно позволял себе нарушать и этикет и границы чужого пространства так, будто они были лучшими друзьями. Может, он думал, что половина родной крови дает ему это право. Может, что общее горе.
Но нет, не давало.
Говорить об этом, впрочем, Линьер не хотела, а потому просто убрала руку.
- После таких метелей всегда туман хоть ножом режь.
В который раз адмирал горько пожалела, что не похожа на мать. Огненно-рыжая злоязычная Уна, пожар и факел, умела со своей печалью жить и даже подружиться, сделав ее мотивом не только существовать, но и с боем брать новые вершины. А ее дочь так не умела.
Может, ей помогло бы умение сказать человеку о своей бессильной ненависти просто потому, что так хочется.
- Не буду вам мешать, дорогой кузен. Позвольте откланяться.

Помнишь ли ты о моем возвращении,
Знаешь ли ты, что я рядом с тобой?

5

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

-Адмирал, перестаньте, - негромко отозвался регент, по-прежнему сидя на камне. - По воде, насколько знаю, вы ходить еще не умеете и деваться нам с вами пока что друг от друга некуда.
Площадь острова действительно не позволила бы им далеко убежать друг от друга, как бы Амарте этого не хотелось. Сам Амьен к Адмиралу относился с должным уважением, вполне понимая ее нелюбовь к себе. Но это не значит, что подобное поведением его никогда не раздражало. В друзья де Рейн кузине никогда не набивался и объясниться не пытался. Кажется, все и так было им обоим понятно.
-Вы же помните, Энесса не любила, когда мы с вами начинали пикировать... И разнять нас некому.
Голос регента был какой-то деревянный, без обычных модуляций, смотрел он на землю перед собой, не мигая. Ветер трепал непривычно короткие волосы вдовца, а сам он, кажется, уже и забыл, что вел с кем-то диалог, замерев изваянием. У него хотя бы было место, куда можно было прийти к жене, а у императрицы так и не случилось места, где бы она могла хотя бы так повидаться с погибшим любимым старшим сыном.
Казалось бы, Амьен должен был понять кузину, - да и она его, - как никто другой. Полукровок в Империи было все же не так уж и много и оттого едва ли кто-то со стороны мог понять, каково этого - помнить все, что когда-то было, словно случилось минуту тому назад. Но не сложилось.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

6

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

Амарте молча достала из кармана серебряный свисток и покачала его на цепочке, удостоверившись, что регент смотрит. Он сильно переоценивал ее неприязнь к нему - во всяком случае, она была далеко не столь...
- Я сделаю вид, что не понимаю, о чем вы, - спокойно сказала Линьер, - вы переоцениваете демонстративность моего поведения. И я не помню, чтобы когда-либо с вами "пикировалась".
Или пытаетесь оскорбить. Или фатально не понимаете, поэтому оскорбляете все сильнее. Потому что предположить, будто она ведет себя неподобающе - по сути повод для вызова. В Этрине - на дуэль, на родине их матерей - и вовсе в Круг Крови.
Проблемой Амарте было то, что ее вечно понимали не так, люди... даже полукровки вечно склонны видеть подтекст, а подтекста не было. И беда в том, что это всегда приходилось объяснять:
- Я здесь не для того, чтобы повидаться с вами. Вы нарушаете мое уединение, а я не хочу нарушать ваше. Считайте, что... теперь у вас аудиенция.
Она не имела ни малейшего желания поддерживать кузена в его горе, он хотя бы успел испытать счастье, и все последующее адмирал была склонна считать расплатой.
Рэйниат не славились сочувствием.

Помнишь ли ты о моем возвращении,
Знаешь ли ты, что я рядом с тобой?

7

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

В ответ на упражнения со свистком герцог только безразлично пожал плечами и развернулся на своем камне спиной к Адмиралу, сильно ссутулившись, так что колени оказались едва не на уровне ушей.
-Вы в своем праве, - ответил он. - Делайте, как вам угодно.
Регент не нуждался ни в чьем сочувствии и поддержки у кузины отнюдь не искал. Просто им двоим пришло на ум одно и тоже, из-за чего и оказались в одном месте. Очень не вовремя. И если бы баронесса назначила ему дуэль, был бы только рад. И возможности выпустить наружу злость, погребенную под годами самоконтроля, и, возможно, прекратить все это. Его мать умерла вскорости после отца, ее же старшая сестра справилась со смертью супруга.
Амьен задрал голову к небу и, тяжело поднялся, опираясь на камень, после чего нога за ногу бесцельно побрел по острову, держа руки скрещенными на груди. Хотелось выть, как волку-одинцу в лесу в холодную пору, но он наверное давно разучился. А потому можно было позавидовать Амарте, которая, видимо, все же нашла выход своему горю.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

8

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

Амарте со спокойной насмешкой пожала плечами - к счастью, появление регента моментально заставило ее прийти в себя, так что за это кузену, скорее, следовало быть благодарной, иначе дело закончилось бы долгим и муторным днем, будто не выходила из этого дрянного тумана. А тут, как ушат холодной воды. Следовало бы позлорадствовать, но это не тот повод. Следовало бы посочувствовать, но не осталось, чем. Следовало бы исчезнуть, но гребцы еще не привели шлюпку.
Адмирал, по-хамалански склонив голову к левому плечу, задумчиво наблюдала одинокое шествие Его Высочества, потом наклонилась к сапогу, что-то достав оттуда, и в три широких шага нагнала Рейнского.
- На, - коротко сказала она, совершенно бесцеремонно пихнув кузена в плечо. Кровь давала ей право это сделать. Ну, пару раз в год. Или больше, учитывая, сколько лет Амартайе этим правом не пользовалась.
На флоте йерку не пили. На флоте пили ром. Черный. И фляжка Линьер, носимая на всякий случай, еще оставалась полной.

Помнишь ли ты о моем возвращении,
Знаешь ли ты, что я рядом с тобой?

9

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

Уйти регент успел недалеко, когда почувствовал тычок в плечо. Интересная получалась картина. Он не мог помочь кузине подняться, а она же имела право панибратски тыкать ему. Резко развернувшись к Амарте, Амьен сердито блеснул стальным глазом, словно внезапно проснулся от дурного сна. Но от вспышки гнева воздержался, лишь окинув кузину взглядом с ног до головы.
Глядя ей в лицо, регент принял флягу и опустошил на половину одним долгим глотком, не поморщившись. Оставшуюся часть намеревался вернуть Амарте, не решившись жадничать.
-Благодарю, - ответствовал герцог, возвращая флягу адмиралу.
Йерку любили в Корпусе и Амьен был к ней привычен, но странно было увидеть этот напиток у моряка.
-С чего бы вдруг вы решили вспомнить о родстве, баронесса? Да еще и столь неожиданным образом. Нешто вид у меня настолько жалок? – тихо поинтересовался регент, выпрямляясь и разводя плечи в стороны.
Кузены близки никогда не были. А со временем эта пропасть только росла, да так, что сам Амьен уже едва мог это вспомнить и воспринять.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

10

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

Амарте задумчиво взвесила фляжку в руке, проверяя, осталось ли там что. Не то, чтобы она сильно страдала по содержимому, да и носила с собой больше на всякий случай, но все-таки...
И не то, чтобы она пожалела о своем порыве, но кузен в целом никогда ей не нравился, и была ли тому причиной Ее Величество, или то началось намного раньше - непонятно, и ждать от него чего-то другого было тоже глупо. Да и на его последние два вопроса воображение Амартайе, испорченной воспитанием деда, породило множество ответов, каждый из которых вел, минимум, к дуэли, и именно поэтому она не высказалась в лучшем стиле дома Рэйниат.
Хотя... хотя, как посмотреть.
- Вообще, - усмешка Линьер была определенно родом с островов, из белокаменного Рокайна, не иначе, и заговорила она на хамалани, намеренно избегая этринского, потому что на языке империи говорили совсем другие люди и совсем другие вещи, - кто-то ведь должен сказать тебе правду. Так вот - да. Настолько. Краше на костер кладут.

Помнишь ли ты о моем возвращении,
Знаешь ли ты, что я рядом с тобой?

11

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

На регента обращение к традициям хамалани впечатления не произвело. Сам он неоднократно бывал на островах, но в последний раз это случалось довольно давно. Оскал адмирала и ее речи Амьен встретил спокойно. Вспоминать кузине ее недавнее весьма плачевное состояние он не стал, понимая, что она и сама про него прекрасно помнит. Речи из разряда: "а сама-то, сама" были по крайней мере неуместны. Он задал вопрос и получил вполне честный ответ, на который способны были немногие.
Сам де Рейн к кузине относился ровно. По крайней мере в последние годы, подчинив себе буйный нрав. В молодости эти двое редко сталкивались и, видимо, на то была воля Хозяев, не иначе. В противном случае же все явно закончилось бы Кругом. Амартайе и Амьен были далеки друг от друга как любимые ими флот и кавалерия. А, может, напротив, были слишком схожи и это выстроило между ними стену отчуждения. Порой де Рейну казалось, что, сложись все немного иначе, они могли стать весьма хорошими друзьями.
Тряхнув остриженными волосами, вставшими дыбом из-за морского ветра, регент усмехнулся, глядя на кузину. И полез во внутренний карман так и не запахнутого траурного камзола. На свет появилось серебряное кольцо на серебряной же цепочке. И любой приближенный к покойной императрице узнал бы эти вещи.
-Это было велено передать вам, - заметил герцог, кивнув на покачивающуюся на пальце цепочку.

Открой те раны, вылечи их снова -
Пусть сложатся они в судьбы узор

12

Re: «Пепел» - последний день Луны Туманов, 1024 год

Сочтя беседу оконченной - ну а что, вопрос задан, ответ получен, а треп о погоде никогда никого из них не прельщал, Амарте почти развернулась к берегу, о который прямо сейчас заскребло днище шлюпки, когда за спиной прозвучало вот это.
Она пару секунд молча созерцала покачивающееся на цепочке кольцо и в очередной раз глотала все, что хотела сказать, потому что такие вещи не произносят вслух. Объективная реальность была такова, что никто никому не хотел зла, субъективная реальность требовала... всякого нехорошего.
А я смотрю, ты спешил с передачей, да?
Мать знает, почему, но от ненависти в глазах белело.
- Благодарю вас, - переход обратно на этринский дался ей легко, цепочка жгла пальцы, и это был первый, первый раз, когда гнев ее был обращен не в адрес кузена, но в адрес той, к которой они сейчас оба приходили.
Это был новый опыт. Очень болезненный, но зато поднимающий на ноги и заставляющий задуматься о вечном. Например, о том, как плох худой мир, и насколько лучше добрая ссора с парой соседних государств. Потому что в таком состоянии в мирной столице делать было нечего.
Линьер коротко поклонилась и направилась к шлюпке. Где-то по пути у кромки прибоя цепочка соскользнула в воду вместе с кольцом:
- Великая Мать, прими это, сохрани это, встреть меня с этим...

Помнишь ли ты о моем возвращении,
Знаешь ли ты, что я рядом с тобой?