1

Тема: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Место: совершенно точно Керенна.
Участники: Алейта Линьер-нир, Рауль Рейнеке и всякие пугающие вещи.

Кто-то теряет, а кто-то находит.
Но иногда не то, что потерял.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

2

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

На вид это был студент или что-то около того. Мещанин-бездельник или разжалованный солдат. Собой хорош, но замечателен скорее не тем, а внутренним огнём, вместе со словами засыпавший площадь пеплом жгучих глаголов. Рауль даже залюбовался для начала как какая-нибудь девчонка, разве что без вот этого вожделенного придыхания, с которым что-то шептала подруге его соседка по левую руку. Оценивая её, Рауль, начавший было улавливать суть общественного обращения, отвлёкся, поскольку как бы ни был красив оратор, в сравнении даже с посредственных достоинств сеньорой он изрядно уступал.
— За его страшное злодеяние страдать будут ваши сыновья и дочери! Ваши жёны! Этрину не устоять в этой войне, потому что это божья кара за преступления регента!
Потехоньку сдувавшийся памфлетист, кажется, обрёл второе дыхание, или глотнул ещё из спрятанной в кармане бутыли, и возвысил голос. Да так, что Рауль и расслышал, и озадачился. Даже милая мордочка не объясняла, почему этому горлодёру ещё есть что драть. Пусть площадь не Храмовая и не дворцовая, но и не шемеровы же портовые паутинки-трущобы.
В общем-то, пока он рассуждал о причинах, воздух перед ним уже собрался в увесистый кулак. Первый порыв лейтенанта императорской армии так и остался порывом, о чём Рауль подумал с некоторым сожалением уже когда цивильный магический удар отправил оратора в обступившую его толпу. Так тоже было эффектно, но если бы он тут на месте кровью изошёл...
Слушатели революционера разделились. Хорошо образованные обернулись к Раулю. Остальные так и продолжили тупо смотреть на тщетно глотающего воздух героя-обличителя.
— Уверен, вы и сами собирались это сделать, — лучезарно оскалился Рейнеке.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

3

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Лично Алейта ничего такого делать точно не собиралась.
В первую очередь потому, что на взгляд целительницы попытка заткнуть рот подобному типу означала бы, что его слова хоть чем-то отличаются от пьяного бреда завсегдатая портового кабака. Тем более, что вещал доморощенный пророк зажигательно, хоть и однообразно - под настроение можно послушать и подивиться, но не дольше минут десяти, потому что потом однообразное кликушество начинает утомлять.
И еще бросаться с кулаками на оратора во славу Его Высочества Алейта не спешила оттого, что жалованье ей пока что платили как целителю, а в его обязанности совершенно точно не входили поучительные беседы с сумасшедшими обоих полов. Вот кому за такие вещи платили, так это Инквизиторам; и учитывая события последних дней, им стоило как можно скорее вспомнить свой круг обязанностей, а то за них и так в последнее время отдувается то гвардия, то городская стража. Так недолго и привыкнуть, что всю работу вместо тебя делают другие.
Алейта неодобрительно покосилась на вмешавшегося мага и, едва узнав в нем воспитанника графа де Кенси, тут же недобро сощурилась, совершенно теряя интерес к самопровозглашенному вестнику рока, которому сейчас поднимали подняться какие-то особенно сочувственные слушатели.
- Что, Рейнеке, - ядовито поинтересовалась младшая Линьер, - свой долг выполнить не можешь, так решил с чужим счастья попытать? Или я что-то упустила, и ты у нас теперь Инквизитор?
Отлично понимая, что Рауль в случившемся наверняка не виноват; что Альхесиде в последнюю очередь нужна была нянька, и что остановить наметившую себе цель Эррандес не сумел бы и сам Король-Пророк, Алейта все равно не могла перестать злиться и досадовать на спутника подруги.
Потому что не уберег.
Потому что недосмотрел.
Потому что на пятый день после премьеры о Сиде все еще не было никаких вестей, и это одновременно давало надежду и потихоньку убивало ее.
А, да что уж там.
Настроение испортилось - не желая ни продолжать беседу с магом, ни смотреть, что там будут делать с ним или с кликушей неравнодушные горожане, Алейта развернулась на каблуках и принялась проталкиваться к одной из улочек, уводивших прочь с площади. Публика у оратора подобралась на зависть вежливая - перед целительницей расступались, позволяя пройти, так что цели она достигла быстро, но...
Нет
солнца

...не успев свернуть с в переулок, вдруг замерла в удивлении.
Спящий
в черной воде
не знает солнца

Быть не может.
Не днем.
Откуда-то из-за домов, из-за белых стен и черепичных крыш, над фонарями и оградами, вплетаясь в шелест листвы и стук копыт, летел тихий отзвук надтреснутой мелодии, едва различимый, но навязчивый и почти царапающий слух. Он уводил куда-то в сторону левого берега, одновременно жутковатый и манящий, и Алейта даже не была до конца уверена, что музыка ей не чудится...
Холод
ждет

...зато привычный шепот в ушах был куда как реален.
И Алейта поправила форменную перчатку на внезапно дрожащей руке и шагнула на Зов.

Чудо и черти,
Отлив и ветер,
Море ушло далеко на рассвете

4

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

В чём-то Рауль был солидарен с Алейтой. Например, в том, что пророк надвегающегося Большого Абзаца был не столь интересен, как дружеский плевок в лицо. Даже если бы у пророка были серьёзные основания для всего вот этого, что он сейчас нёс, а у кавалеристки не было особого повода на него рычать.
- Что поделать, если в Ордене нынче служат одни рыжие улитки, - ответил Рауль достаточно громко, чтобы слышно было всем желающим. Судьбой правдоруба он уже не особо интересовался и не раскаивался в содеянном. Вообще, если стоишь на площади и машешь перед толпой срамом, стоит ожидать, что рано или поздно по причинному месту прилетит и очень больно. Вот чем он в самом деле самую малость был огорчён, так это тем, что Алейта не стала отвечать, а показала ему гордую выправку императорского кавалериста со спины. Лучше бы неприличный жест, кстати. Возможно, тогда Рауль бы счёл за лучшее отстать и переждать вот эти бабские загоны. А так бес знает, почему, но Рауль отправился догонять даму своей госпожи, до конца ещё не сформировав, чего хочет: рассориться с шиком и блеском, или возвести проскользнувшую было искру в какую другую степень.
- Э-э-эээ! - окликнули сзади, очевидно, имея в виду, что Рауль не имеет права вот так покидать поле серьёзной заварушки, и как минимум должен объявить свою позицию. Ну вот Рауль хотел было не поскупиться на интернациональный жест пренебрежения к всей ситуации, и к окликающему в частности, но Алейта как-то быстро догналась, и кавалерист решил, что жирно будет.
- Я так должен понимать... - на середине фразы Рауль поровнялся с Алейтой, и как-то понял, что продолжать не надо. Вид у той и так был как у только что переболевшей жесточайшей простудой, как понял Рауль - это было нормальное состояние, а тут ещё и призрак вмешался. Ну, то есть, в пространство Алейта глядела так, как будто углядела там своего деда. Какого-нибудь человеческого деда, благообразно отбросившего копыта в начале столетия. Для уверенности Рауль проследил её взгляд, но ничего, кроме вполне приличной хозяйки, поливающей или обрезающей цветы у крыльца, не увидел. На Сиду хозяйка тоже была похожа разве что габаритами кормы и бака.
- Эй, ты в порядке? - решив, что можно побыть и милым, если Алейта собралась умирать, поинтересовался Рауль.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

5

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Полностью поглощенная мыслями о потусторонней музыке Алейта даже как-то позабыла о том, что злится на Рейнеке - во всяком случае, встретила она мага не очередным едким комментарием, но рассеянным взглядом, в котором первые мгновения не читалось даже узнавания. Навязчивый мотив царапал сознание и дергал нервы, как кукловод за ниточки: Алейта ощущала уколы боли то тут, то там; короткие и слабые, но оттого лишь более раздражающие.
Нет, оно так не зовет. Оно говорит иначе - но при этом удивительно похоже, и целительница сама не смогла бы объяснить, в чем именно она видит сходство между песней подводной твари и нудным мотивом шарманки.
Алейта тряхнула головой, отгоняя наваждение, и несколько раз удивленно моргнула прежде чем поняла, кто именно стоит перед ней и о чем спрашивает. Узнавание, как ни странно, тоже не вернуло раздражения: мысли ее все так же были лишь о странной музыке, и в первое мгновение младшая Линьер даже готова была признаться в том, что с ней действительно не все в порядке...
Потом она взглянула в лицо Рауля и передумала - настоящего сочувствия в нем не было ни на грош, а на деланное полагалось отвечать столь же деланными отговорками.
- Я в порядке. - заверила целительница мага.
Вышло не слишком убедительно, но по правде говоря, Алейта и не старалась.
Она снова отвернулась, вслушиваясь в скрипучий мотив, доносившийся откуда-то из глубины улицы - звуки кололись под кожей, невралгией стучались в виске и манили едва ли не сильнее, чем ночной зов. Не имей Алейта пожизненной подготовки, она бы наверняка уже бежала туда, откуда доносилась эта странная музыка... но в отсутствие счастья, ее спасало несчастье.
Она даже не теряла голову.
- Послушай, - внезапно рассеянно поинтересовалась целительница после долгой паузы, из-за которой можно было бы решить, что разговор уже кончен, - послушай, ты не слышишь... музыку?
Бесы знают, почему она спрашивала об этом у Рауля.
Возможно, оттого, что больше спросить было не у кого, а она вполне могла бы трогаться рассудком.
Для самой Алейты это не стало бы сюрпризом.

Чудо и черти,
Отлив и ветер,
Море ушло далеко на рассвете

6

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Ну, коли всё в порядке, то как человек беспорядочный, в степях выросший, Рауль просто обязан был поступать по собственному усмотрению. Не поверить, к примеру. Да вот только это скорее грозило полным ушатом обвинений, которые с одной стороны совесть Рауля не тревожили, но и удовольствия не доставляли ни малейшего. Так что он уже подумывал о том, чтобы вежливо слинять. Коли уж «всё в порядке».
Только Алейта так настойчиво буравила взглядом стенку, что Рауль не удержался и попытался приглядеться к плохонькой побелке внимательнее. Сеточка трещин образовала на стене что-то похожее на вставшую на дыбы лошадь, вероятно, донельзя возмущённую издевательством над абрисом тела. И больше ничего примечательного. Ни-че-го. Честно говоря, Рауль почувствовал себя глупо. Ему казалось, что если уж подруга Сиды возьмётся его отшивать, то сделает это с сидиным шиком, даже вспомнить потом будет приятно. А тут ни рыба, ни мясо...
— Ну, шарманку кто-то терзает.
Теперь Рауль тоже уже не был уверен, что у Алейты всё в порядке с головой. С людьми так бывает: изменится мир как-то особо радикально, и поминай здравый смысл, как звали. Взрыв, опять же...
— Если тебе хочется музыки, то я бы на твоём месте выбрал что-нибудь... менее утопленническое.
Определение пришло само собой, и Рауль его выдал совершенно без задней мысли.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

7

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Подобранное Раулем сравнение заставило Алейту вздрогнуть и обернуться к собеседнику: видимо, окончательно закрепляя поставленный ей магом диагноз, целительница уставилась на него взглядом, в котором неверие мешалось с настороженностью. Ей подумалось, что Рейнеке мог узнать о ее маленьком секрете, а если не узнать, то догадаться - мало ли, каким образом, он вообще тип странный, как сам Шемер, и лишь последнему известно, что у графского воспитанника на уме и в сердце.
На лице Рауля, однако, было написано искреннее недоумение, и оттого подозрение слегка отпустило - испуг во взоре Алейты пропал, однако настороженность осталась, и адресована она была уже не магу.
Если Рейнеке слышал эту музыку, значит, она определенно не была потусторонней, а целительница помнила пока лишь одного человека, способного писать произведения, столь глубоко трогающие за душу лично ее. Насколько ей было известно, маэстро Фелару после нашумевшего представления так и не нашли, хотя гвардия сбилась с ног, а за сведения, которые привели бы к поимке композитора, обещали сумму совершенно фантастическую.
Алейта снова оглянулась в ту сторону, откуда доносилась надтреснутая мелодия.
- Послушай, Рейнеке, - не глядя на мага поинтересовалась она, - хочешь заработать десять тысяч дукатов?
На эти деньги можно было прикупить торговый фрегат, нанять на него команду и еще так прилично заполнить трюмы первой партией товара; на пять - если поделить вознаграждение пополам - приобрести небольшой, но добротный, кораблик или хороший дом с куском земли. Алейте и самой предложение казалось бы заманчивым, не будь ее отношения с морем столь сложными и запутанными; однако интерес целительницы к личности беглого композитора лежал в несколько иной плоскости.
И у нее с ним были свои счеты.
От "утопленнического мотива" неприятно щекотало между ребер.
Идти на зов в одиночку было бы крайне неосмотрительно, а боевой маг - это всегда хорошее подспорье.
Даже если это Рауль.
- У меня есть серьезные основания полагать, что шарманку терзает один весьма популярный нынче маэстро. Считай, что у меня абсолютный слух.

Чудо и черти,
Отлив и ветер,
Море ушло далеко на рассвете

8

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Совсем недалеко от того места, где остановились перекинуться по-дружески любезностями Рауль с Алейтой, как раз валялся один такой. С серьёзными основаниям полагать, и всё такое. Или, скорее всего, уже не валялся. Народ в Керенне был понимающий, так что доходягу наверняка отправили отходить от неудачи и набираться сил для нового захода. Скучно же иначе, а Рауль им ещё и полного удовольствия не предоставил, халтурщик.
У Рауля были серьёзные основания взять Алейту под локоток и сопроводить её к величественной бабке с краткой историей болезни. И там уж хоть маэстро, так запавший в душу Линьер, хоть хамаланский доктор, хоть водные процедуры. Вот только встречи со старшей Линьер Рауль хотел ещё меньше, чем с Солейном в его критические дни экстатической святости и воспалённой подозрительности. Прежде, чем тащить к ней кого-то, хотелось бы разобраться, а почему, собственно, её вид так злит.
- Это для гениев нормально? Его ждут во дворце, а он в какой-то дыре уличный орган насилует?
Рауль не так, чтобы поверил, но сложно было обманывать себя: поход ради похода рука об руку с сумасшедшей красоткой - не самое бессмысленное, чем он в последнее время занимался.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

9

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

- Если бы меня во дворце ждали с теми же целями, я бы тоже забралась в какую-нибудь дыру. Вот только сидеть бы там старалась беззвучно.
Нежелание маэстро сидеть тихо, к слову, Алейту то ли удивляло, а то ли беспокоило, и целительница пока не могла понять, какое чувство было сильнее. Фелара не мог не знать, сколько сил сейчас брошено на его поиски - а разыскивали непризнанного гения не только простые солдаты, но и маги - и его пренебрежение к собственной безопасности казалось признаком или безумия, или злого умысла.
Или того, что это все-таки не Фелара - но узнать наверняка можно лишь последовав за зовом шарманки.
В памяти отчего-то вдруг мелькнуло короткое и яркое, рассыпающее золотистые рассветные лучи:
- Обещайте мне, что не последуете за этим зовом.
- Я не могу.

Алейта чуть помедлила, задумчиво глядя куда-то в сторону порта, а потом коротко махнула рукой, призывая Рауля следовать за ней.
Если он, конечно, захочет следовать.
Мелодия шарманки вела их кривыми улочками в направлении левого берега, и респектабельные, чистые домики постепенно сменялись старыми обшарпанными зданиями, что, естественно, не добавляло ни спокойствия, ни уверенности. Обычный звук не мог бы распространяться так далеко - или во всяком случае, источник его должен был оказаться очень сильным - но громкость лишь слабо возрастала по мере того, как Алейта с Раулем приближались к загадочной шарманке.
На перекрестке трех разбитых переулков Алейта замерла, чутко прислушиваясь: понять, с какой стороны доносится мелодия, было невозможно, но неприятное покалывание под кожей сильнее заливало правую руку, и целительница уверенно свернула направо.
Она не ошиблась.
Они остановились у изрядно побитой жизнью каменной ограды столь же побитого жизнью дома: местами обвалившаяся, грязная лепнина помнила, кажется, еще императора Амори - во всяком случае, подобный декор был в моде именно в те времена. Калитка, однако, была заперта, и стекла в покосившихся, разболтанных рамах все целы - Алейте казалось, что они чуть дребезжат в тон тихой, словно приглушенной стенами мелодии.
Тут она звучала лишь самую малость громче, чем на площади, с которой Рауль с Алейтой пришли, хотя им пришлось проделать путь в несколько кварталов.
Дразнящая музыка манила, звала и требовала прямо сейчас перемахнуть через забор, но тот был высоким, а засов на калитке - хоть ржавым, но крепким. Целительница досадливо подергала запертую железную дверь, и вопросительно взглянула на мага.
Она не была уверена, что Рауль готов к проникновению со взломом только оттого, что она посулила ему призрачную награду за голову непойманного композитора.
Хотя учитывая сумму этого вознаграждения, на левом берегу нашлось бы достаточно тех, для кого это стало бы достаточной причиной.

Чудо и черти,
Отлив и ветер,
Море ушло далеко на рассвете

10

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Ну вот и Рауль сильно сомневался, что человек, которого очень хочет видеть сам регент, и чьё участие в покушении на императорскую семью не вызывало особых сомнений даже у убеждённых поклонников маэстро, станет сидеть в столице и развлекать горожан уличным органом. Даже просто оставаться в столице в его случае было довольно странно. Даже де Мелье де Фелара, история противостояния которого с Великим Инквизитором Альтобрасом давно стала почвой для дюжины романов и пьес варьирующейся пристойности и качества содержания, рассыпал свои памфлеты где-то в провинции. А стишки унести куда проще, чем шарманку.
Так он рассуждал первый квартал, пока живо было подозрение, что сейчас в ближайшей подворотне найдётся какой-нибудь рябой бездельник с инструментом, Алейта успокоится и можно будет... ну, пока Рауль ещё не придумал, что именно тогда можно будет. Он как раз решал, чего ему больше хочется, когда понял, что музыка идёт не из ближайшей подворотни, и даже не с соседней улицы, и вообще, чем дальше в город, тем музыки не больше. Как бы там ни было, а простым расстроенным в хлам инструментом орган Раулю уже не казался, и за дело взялся старый добрый интерес, причина всех когда-либо случавшихся на голову Рауля несчастий. Не считая самых болезненных.
- Если там не случится никакого Фелары, напомни мне, что ты должна мне ужин в "Королевской дюжине", - заметил маг, поправляя перчатки. Попыток остановить Алейту, собравшуюся, видимо, обнести какой-то памятник культуры, нужный тут обществу не больше, чем сама культура, он не предпринял. Музыка к месту как нельзя лучше подходила.
- Руки убери, - ещё добавил он, тряхнув для убедительности рукой. Культура культурой, а крепостей во времена Амори уже не делали, и замок магии поддался даже быстрее, чем до того - идиот-вестник конца времён и гнева богов.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

11

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Верность Рауля себе вызывала бы уважение, если бы он был не Раулем, а кем-то еще, и толкая открытую магом калитку, Алейта сухо заметила:
- Значит, Феларе лучше быть там.
Тесный двор встречал их запустением под стать обшарпанности ограды: некогда мощеная, а теперь разбитая садовая дорожка густо поросла быльем, и старое, разлапистое дерево привалилось к боку ветхого дома будто в тщетной попытке удержать равновесие, причем еще непонятно чье - ветви его одновременно опирались и подпирали, и казалось, что без их поддержки потрескавшаяся стена немедленно упадет.
Музыка удивительным образом стала отчетливее, не меняя при этом громкости: нехитрый надтреснутый мотив словно бы лился из трещин в штукатурке и щелях в оконных рамах, и привычный голос в голове у Алейты напевно вторил ему, общая пугающее и рассказывая о страшном.
Только рыбам
известны
все тайны

Парадная дверь оказалась на удивление новой и крепкой для столь обветшавшего жилища. Алейта без особой надежды подергала ее, и хотела было снова многозначительно посмотреть на Рауля, но потом ей в голову пришла другая идея, и дав магу знак следовать за собой, целительница легко сбежала с разбитого крыльца.
Она старалась не разговаривать и вообще не издавать звуков: если Фелара действительно там, то ему ни чему знать, что у него гости; зато голос в голове становился все громче и увереннее, настолько, что порою уже казался Алейте настоящим.
И это пугало.
Рыбы знают
все
о мраке

Вдвоем они обогнули дом, и остановились перед дверью черного хода - в отличие от парадной, та, покосившаяся и старая, не выбивалась из общего обшарпанного облика здания. Алейта дернула ее наудачу, и удача неожиданно клыкасто улыбнулась целительнице: дверь растворилась с протяжным скрипом, открывая незваным гостям длинный и темный коридор, уводивший куда-то вглубь дома.
Мрак
знает
все

В конце коридора смутно виднелись первые ступени лестницы, уходящей наверх.
Алейта неуверенно взглянула на Рауля: механическая мелодия тут уже была необычайно громкой и до отвратительного резкой, и идея вдвоем штурмовать предполагаемое убежище музыкального психопата уже не казалась целительнице такой уж мудрой.
И если они решили повернуть назад, то имело бы смысл сделать это сейчас.

Чудо и черти,
Отлив и ветер,
Море ушло далеко на рассвете

12

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Рауль на когте вертел недооформленное заклинание, и чуть ли не присвистывал в тон или для нарочитого диссонанса с навязавшейся на зубах мелодией, являя пример даже какой-то амарийской беспечности. Только то, с каким вниманием он присматривался к скалящимся сколотыми стёклами окнам, и как раздувал ноздри, выдавало его подозрительность. Фелары тут, может быть, и не было. Но что-то тут было, то ли в этой музыке, то ли в этом месте, то ли в его обитателе. Что-то, что резонировало с натянутыми струнами в груди Рауля Рейнеке. И не то, чтобы на этот раз чувство было приятное. Скорее оно доставляло дискомфорт, как доставляет песок на пляже во время близкого общения. Так и тянет выругаться.
Рауль посмотрел на пребывающую в себе Алейту. Её поведение его ставило в тупик невозможностью узнать, это так получилось, что она учуяла эту магию за несколько кварталов, она знала о ней с самого начала, или же звук и его собственные ощущения не имели ничего общего?
Но, уже из чистейшего любопытства, Рауль как будто и не заметил замешательства Алейты. Только из чисто практических соображений стёр с лица эту призванную раздражать ухмылочку, когда двинулся вперёд.
Раньше него в коридор влетела стайка магический огоньков, рассыпавшаяся с его руки, дабы осветить путь, ибо сказал Ты мочить тех, кто несогласен... или как там? Вязать и вести к властям земным?
Если честно, Рауль завидовал. Вольно же кому-то вот так громко, да посреди столицы заниматься естественной магией.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

13

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Дом был покинут так давно и прочно, что ему полагалось не пахнуть ничем, кроме сырости и гнилого, рассыпающегося в труху дерева. Может, еще плесени - но здесь не пахло даже теми людьми, которым все равно, какая крыша над головой, лишь бы она была. В отличие от других, поновее, хранящих память о недавней разрухе в Империи, он, наверное, видел последних хозяев еще при Морайне.
А, может, и еще более давно.
Музыка затихла внезапно, на резком аккорде, будто кто-то ударил в гневе по клавишам, встал и вышел прочь.
Или сработала ловушка.
Дом был обычным заброшенным старым домом.
Был бы, если бы сквозь и без того сомнительные ароматы трухи и сырости не пробивались тонкие запахи крови и затхлой воды. И еще - машинного масла.

Чему вовсе не быть, так того не сгубить,
А чего не сгубить, тому нету конца на Земле

14

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Алейта пропустила мага вперед, немного подумала и достала из ножен палаш. Интуиция подсказывала ей: что бы они ни встретили в этом доме, простое холодное оружие поможет мало - и это даже если не вспоминать о том, что фехтовальщица из целительницы была не ахти какая виртуозная - но ощущение удобно лежащей в руке рукояти клинка успокаивало.
Она не безоружна.
Голос в голове то насмехался над ее призрачной уверенностью в себе, то сулил силу, несравнимую с человеческой, но Алейта привычно не слушала. Она шла за Раулем след в след, и прогнившие старые доски под ногами не скрипели, но, казалось, чавкали, и целительница старалась не задумываться о том, чем они могут быть пропитаны.
И не смотреть вниз.
Когда музыка оборвалась, они уже успели дойти до лестницы - Алейта вздрогнула, вцепилась в локоть Рауля, заставляя того остановиться, и запрокинула голову в попытке разглядеть, что происходит наверху. Взгляд выхватил только последние покосившиеся ступени и фрагменты обветшавшего интерьера - в остальном дом был обманчиво тих, однако безмолвие это уже не могло ввести в заблуждение незваных гостей. Алейта напряженно прислушивалась, пытаясь уловить хоть что-нибудь : слабый отзвук замолчавшей музыки, звук шагов, скрип, шорох - но слышала только их с Раулем дыхание.
Она бросила на мага короткий взгляд и отрицательно покачала головой.
"Ничего".
И первой взялась за перила лестницы.

Чудо и черти,
Отлив и ветер,
Море ушло далеко на рассвете

15

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

У подножия лестницы Рауль остановился, чем и дал Алейте возможность выйти вперёд и первой ступить на лестницу. Ветхие её ступени не вызывали особого доверия, скорее уж обещали обвалиться под ногами в самый неприятный момент, когда высота станет достаточной для хотя бы сломанной ноги. И даже не думайте, что магия тут поможет, злонамеренность дерева явно была сильнее сил Танаита. Стоило бы для начала проверить конструкцию, и Рауль даже не настолько обижался на показательное пренебрежение Алейты, чтобы мстить вот так бесхитростно. Но он отвлёкся, задумчиво повёл палашом из стороны в сторону, а вслед за ним — носом, как гончая по кровяному следу, а после и вовсе развернулся к лестнице спиной.
— Есть ли смысл таиться, когда уже заметили? — философски спросил Рауль и, не дожидаясь ответа, пошёл обратно, держа оружие наготове. Возражения Алейты по поводу отступления он не расслышал или качественно сделал вид, но посреди коридора, остановился у одной из дверей. Встав у косяка, Рауль с силой втянул тяжёлый щекочущий нёбо воздух и сделал Алейте приглашающий жест. Взмах руки сопровождался искристым мерцанием, словно Дикарь намотал на руку моток светящихся шёлковых ниток, живых и постоянно ломающихся в причудливых зигзагах.
Дверь перед ним, однако, открылась без грандиозных эффектов: так, как это сделал бы невидимый человек, собирающийся пронести внутрь что-то громоздкое, в будничном порядке трудовой деятельности.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

16

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Следовать за Раулем Алейта, однако, не спешила: раз уж она уже ступила на лестницу, то имело смысл все-таки посмотреть, что там наверху, поэтому пронаблюдав за манипуляциями мага, целительница только пожала плечами и продолжила подниматься. Восхождение ее, вопреки невысказанным опасениям Рауля, обошлось без падений, хоть доски и прогибались неприятно под ногой; и лестница вывела Алейту к еще одному коридору - более светлому, но не менее обшарпанному. Дверь в соседнюю комнату была распахнута настежь, чуть поодаль виднелись еще две - второй этаж встречал Алейту тишиной и запустением совершенно нехарактерными для домов, где скрываются государственные преступники.
Хотя не то, чтобы младшая Линьер частенько бывала в таких.
Она опустила клинок и задумчиво прошлась по комнате, рассеянно разглядывая обветшавший интерьер: старинная мебель, которая привела бы в восторг любого коллекционера, не будь она такой обшарпанной; полуистлевшие шторы; мелкий мусор на полу... Над всем этим царила тишина - даже голос в голове с исчезновением музыки затих - и Алейта досадливо подумала, что, видимо, действительно зря поднималась сюда: она готова была спорить, что в остальных комнатах тоже нет ничего кроме ветоши и пыли, ее покрывающей.
Пыли?..
Взгляд Алейты вдруг зацепился за небольшой покосившийся столик, на поверхности которого отчетливо было видно, что толстый слой пыли смазан с одного края, будто кто-то рукавом задел.
Не император же Амори, которого этот дом еще явно помнит.

Чудо и черти,
Отлив и ветер,
Море ушло далеко на рассвете

17

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

В помещении, которое когда-то было кухней, оказалось темно и пыльно, в затянутых паутиной углах высились горы каких-то обломков - вероятно, мебели, через единственное окошко еле-еле проникал свет. Еще бы, снаружи оно было основательно грязным, изнутри - запылено. В общем, что бы тут искать интересного...
Интересным был запах крови и затхлости, буквально пропитавший все вокруг.
А еще следы, будто кто-то вышел из угла, сметая на своем пути все, пыль, паутину, оставляя темные следы босых ног на полу, сходящие на нет к выходу.
Там, в начале следа, была дверь - небольшая, едва ли в половину человеческого роста, почти невидимая в стене и укрепленная стальными полосками. Из-за нее...
...из-за нее воняло. Казалось, что сквозь толстое дерево и сталь. Невыносимо, мертво и странно.
Наверху, привлеченная следом на пыли, Алейта опустила глаза.
На полу лежало испачканное в крови серебряное кольцо: простенькая оправа, в ней - темный рубин, таких одинаковых продавалось по десятку в каждой лавке.
И одно из них, не снимая, носила Сида.

Чему вовсе не быть, так того не сгубить,
А чего не сгубить, тому нету конца на Земле

18

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Одна из причин, почему Эрвену де Кенси не стоило опасаться пленительной силы степей, способной забрать у него единственного воспитанника, заключалась в цивилизации. Не так приятно созерцать над головой бескрайний звёздный шатёр, когда нельзя после зайти под крышу и свалиться на чистое постельное бельё. Да и одиночество, надо сказать, далеко не так прекрасно, как его малюют поэты. Но вот такие отходы цивилизации, как этот дом, Рауль в известном месте видал, ничего хорошего в них не происходило. И добро бы просто ничего хорошего - ничего интересного. Ту дрянь, что вбирали в себя обитатели таких мест, Рауль в своё время нашёл самым унылым способом убить время. Но из всякого правила есть исключения. Наверное. Стоило проверить.
По-хорошему, стоило ещё отправить Алейту назад, к инквизиторам. Но об этом Рауль подумал уже из центра комнаты, когда оглядывал безрадостный интерьер. У одной из стен, под мутным окном в кучу была свалена покалеченная временем кухонная утварь, покрытая бурыми пятнами коррозии. Выхватывая их из темноты, шарики света создавали иллюзию потёков крови. А, впрочем, кто знает. Может, и правда кровь, тут ей пропахло всё. Даже обломки мебели, казалось, влажно поблёскивали, хотя беса с два это могло быть так.
Рауль даже подошёл посмотреть, но быстро разочаровался и прислушался к происходящему. Наверху кто-то бродил, и старые доски составляли достойную конкуренцию заткнувшейся шарманке. Ну, хоть одна баба из этого эскадрона умеет не пропадать без объяснения причин? Рауль вздохнул, взмахнул заискрившимися от магического усилия руками и прислушался к прочим своим чувствам, кроме лёгкого голода, только подстёгиваемого местными запахами.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

19

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Вернувшееся было спокойствие мигом слетело с Алейты: пораженно застыв на пару мгновений, она затем с преувеличенной осторожностью склонилась, чтобы подобрать колечко с пола; и темный рубин в нем казался еще одним кровавым пятном на серебряном ободке. Целительница покрутила его в пальцах: она понимала, что сама эта находка ничего не значит - что Сиды тут скорее всего нет и, возможно, никогда не было; возможно это кольцо ей никогда не принадлежало - в одной Керенне таких продаются тысячи - но что-то, тяжело бьющееся сейчас в груди, искало выхода, и Алейта позвала просто для того, чтобы выплеснуть его:
- Сида?
Ответом ей было, естественно, молчание.
- Альхесида!
Поддаваясь накатывающей лихорадочной волне, Алейта бросилась прочь из комнаты, чтобы ворваться в следующую, где ее также встретили лишь тишина и запустение - будто позабыв и о Рауле внизу, и о маэстро где-то поблизости целительница металась по ней, в попытке отыскать еще хоть какую-то примету того, что Эррандес была здесь, но тщетно.
- Сида!
Следующая по коридору дверь оказалась заперта, и Алейта, не раздумывая, попробовала высадить ее плечом, а потом помогла себе рукоятью палаша - много ли надо трухлявой древесине?

Чудо и черти,
Отлив и ветер,
Море ушло далеко на рассвете

20

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

— Над могилой кружится ворон, в тихом склепе темно и пыльно.
Всё больше проникаясь обстановкой, Рауль стал напевать песню. Цепкая память удержала и мотив, и слова, и даже в голове кавалериста звучала низким голосом Альхесиды.
— Было солнце — погасло солнце. Были волны — теперь пустыня.
На первый взгляд в двери ничего интересного не было, но на попытку Рауля открыть проход, створка отозвалась пренебрежительным игнорированием. Подойдя поближе, Рауль понял, в чём дело: то, что он принял за дверь, было в лучшем случае декоративным элементом. Для верности кавалерист прошёлся до следующей комнаты и оценил её размер. Проходу прятаться действительно было негде.
Открытие не разочаровало Рейнеке, но на кухню он вернулся весьма озадаченный.
— Мышью память в углах скребётся, подбирает сухие крошки. Нет покоя, покоя в смерти нет. Ах, где найти покой?
Покоя Рауль так и не нашёл, зато в том углу, где тени всякую неровность превращают лишь в ещё одну кучу мусора, обнаружилась другая дверь. И как раз тогда, когда Рауль удостоверился, что она вообще ничем не примечательна и взорвал в замке достаточно воздуха, чтобы он больше не выполнял своих функций, наверху закричали.
Бросив находку, Рауль рванул к лестнице, но обнаружил там только Алейту в пустой комнате и полное отсутствие даже намёка на присутствие Сиды.
— Её здесь нет! — рявкнул на паникующую дуру Рейнеке, а потом добавил уже спокойно. — Там внизу дверь в подвал. И ничего хорошего.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.

21

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Иногда Алейта сама забывала, чья кровь течет в ее жилах - разбавленная, но изначально сильная настолько, что временами она с легкостью брала верх над порченной человеческой: кровь цивилизованных хищников, у которых повышение голоса считалось одновременно и оскорблением, и потерей лица. Вежливость для этринита была выбором, но для островитянина могла считаться необходимостью - Алейта, видевшая Хамалани всего раз в жизни, часто забывала об этом, но кто-то неизменно брал на себя труд напомнить.
В глазах потемнело от короткого приступа накатывающей ярости.
Все произошло буквально за мгновения: молниеносным и определенно нечеловеческим движением Алейта оказалась рядом с Раулем, и руку целительницы остановили лишь приобретенные за годы службы в кавалерии рефлексы, полученные во время тренировок - белые когти, неожиданно очень крупные для тонкой девичей руки, замерли в ине от шеи мага.
- Никогда, - с вкрадчивой ненавистью произнесла Алейта, сверля Рауля льдистым взглядом, - больше не ори на меня, неотесанное отродье.
Всколыхнувшаяся злость отпускала постепенно, но какой-то толк от нее был - она хотя бы вырвала целительницу из власти лихорадочного возбуждения, и крепко сжимая в ладони найденное кольцо, Линьер, остывая, понимала, что Рауль, скорее всего, прав - если Сида тут и была, то теперь уже ее нет.
Что, однако, не давало Дикарю права повышать на нее голос.
Медленно, будто нехотя, Алейта опустила руку и втянула когти; потом дернула плечом, обошла Рауля, и направилась к лестнице, походя бросая недружелюбное:
- И что там в твоем подвале?

Чудо и черти,
Отлив и ветер,
Море ушло далеко на рассвете

22

Re: «Неоконченная пьеса для механического пианино» - 5 день III дюжины Луны Парусов, 1024 год

Рауль за спиной Алейты с лицом одухотворённым и несколько неуместно мечтательным, скомкал так и не впечатавшее целительницу в стену заклинание и дал волю удивлению в мысленном «ну надо же», оформившемуся на замену пойманным на языке проклятиям. Не сказать, что целительница ему казалась такой совсем безобидной. Кавалерийский мундир любого клопа в его глазах поднимал до вполне приличного уровня. Но до сих пор за Сидой Алейта как-то терялась в своём недружелюбном молчании и ясно написанном на лице «отвали». Линьер бы удивилась, узнав, что и среди когтистых за этим не так уж часто скрывается готовность вырвать не отвалившему вовремя кадык. Гораздо чаще — устроить атаку на мозг многословием на повышенных тонах.
— Когда спустимся, узнаем. Я открыл дверь, но именно тогда наверху кого-то стали резать.
Едкость слов, весьма превосходящая резкость содержания, Раулю пришлось прибрать, когда по возвращению к потаённой дверце оказалось, что беса там. Открываться по первому требованию бесова дверь отказалась. И после второго, менее вежливого требования от Рауля, тоже.
Рауль не смутился, отошёл, вращая в руке мерцающее марево угрожающего вида. С сомнением посмотрев в потолок, маг дёрнул уголком рта. Удар, пришедшийся в дверцу, снёс бы хорошо запертые ворота. Дверца даже не чихнула, не в пример Раулю, над которым упал кусок потолка, размером с кулак. Кусок отлетел в сторону, а вот пыль щедро осыпала Рауля как торт - сахарная пудра.
Повторные манипуляции с магией не особо произвели на дверь впечатление, и будь Рауль, скажем, Солейном, история могла бы оказаться бесконечной и неинтересной.
— Тут нужно что-то серьёзнее. Линьер, хочешь получить крышей по голове?
Мысль разворотить тут всё была заманчива. Очень заманчива. Но Рауль достаточно в своей жизни разрушил, чтобы примерно представлять себе последствия. Кто знает, сколько нужно перекрытию, чтобы грохнуться и устроить и мерзавцу Феларе и охотникам на него братскую могилу.
Рауль свистнул от разочарования и повернулся к выходу.
— Идём отсюда. Кто бы там ни играл, вечно сидеть не будет. Выловим на выходе.

Смеяться над людьми — прекрасный способ
убивать их не чаще, чем требуется.